Книга Фурадор, страница 118 – Денис Бурмистров

— Чем обязан? – Маркел потер свои тонкие пальцы. – Простите, сколько вам лет? Вы так молодо выглядите.

— Шестнадцать, – соврал Максимилиан.

— Вот как? Я бы дал меньше… Но, простите… Так что вас привело ко мне? Вы сказали, что вас послала госпожа Мелойра?

— Да, это так.

— Достойная женщина, достойная. Если бы не она, то, боюсь представить, что бы с нами случилось. Я ведь, представляете, вообще не должен был оказаться в этих стенах!

Он обвел свое жилище жестом.

— Только провидение благодарю, да Свет милостивый, хотя и причины моего здесь присутствия, бесспорно, трагичны. Я ведь и не помышлял, у меня свой приход был в Суконном переулке. А здесь, при бароне, люминарх Закрий заправлял, уже лет двадцать. Это уже потом, когда болезнь поползла, он один из первых к Свету отправился. А Башня, в особенности господин Бордариус, как раз с бароном разругалась – все из-за этих мятежников…

Тут Маркел будто опомнился, вжал голову в плечи и сказал вполголоса:

— Из-за этих господ, что теперь тут заправляют, конечно же. И вот когда Закрий скоропостижно скончался, милорд Фалько затребовал нового смотрителя храма – он сам не большой любитель церковных порядков, но вот женушка его, баронесса Ида, без ежедневных молитв и омовений вовсе не может…

— Прошу прощения, – перебил Максимилиан, пытаясь собрать воедино поток информации. – Башня Магистров находится на том берегу?

— Да, на Соборной площади, под шпилем. У нас всегда было такое вот двоевластие – на одном берегу бургомистр и экзарх, на другом – барон. Даже стража городская разная была, с разных рук кормилась… И, до сей поры, жили вполне мирно, а здесь политика, финансы – сами понимаете. А когда Закрий скончался, Свет его имени и душе, то, значится, по рангу сюда должен был старший люминарх Регин отправиться. Но господин Бордариус повелел, чтобы ехал я, вроде как барону в назидание… Ох, думал, высекут прямо там, во дворе! Но ничего, милорд принял, определил сюда. А потом чума во всю силу поднялась, стража мост перекрыла. И вот я тут, мольбами и милостью Света живой, а кто в Башне остался… Да, немыслимы человеком помыслы судьбы, иное плохое добром оборачивается.

— Господин Маркел, – мягко обратил на себя внимание Максимилиан, прижимая руку к ворчащему желудку. – Мне необходимы припасы для обрядов изгнания. Госпожа Мелойра сказала, что я могу найти что-то у вас.

— Да? – даже под маской было видно, как вздернулись брови мужчины. – А, да, конечно. Вот, посмотрите, здесь несколько коробов – это я распорядился перенести из храма для сохранности. У люминарха Закрия был богатый запас на все случаи жизни, уверен, найдете что-нибудь полезное.

«Коробами» Маркел назвал два церковных сундука с мощными бронзовыми ручками, что нашлись под плотной багровой скатертью.

— В городе раньше были случаи одержимости? – задал вопрос Максимилиан, приподнимая тяжелую крышку одного из сундуков.

— Бывали, конечно, – светочей наконец расслабился, удобнее устроился в кресле. – И ведьм ловили, и темных, и прочую мерзость. В том году целое гнездо еретиков накрыли, они мертвым богам поклонялись. А так, от нас Пустоши хоть и далеко, но то и дело приносит всякое. Да и чума, я думаю, не просто так началась – вестимо, занес кто-то. Но вас конкретные случаи интересуют, верно же?