Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 171 – Кристина Юраш

Из зала донёсся удар церемониального жезла.

— Его величество король! — объявил герольд.

Все разговоры стихли. Руаль слегка наклонился ко мне.

— Готовы?

Я посмотрела на распахнутые двери. За ними блестели сотни свечей, хрустальные люстры и драгоценности. Там находились люди, которые видели меня под разрушенной аркой. Читали о моих неподвижных ногах. Обсуждали, женится ли на мне герцог и сколько времени продлится его благородство.

Мне хотелось попросить отвезти меня обратно. Закрыться в комнате. Спрятать кресло, ноги и собственный страх.

Но тогда они снова увидят только несчастную девушку, которую унесли на носилках.

Я положила ладонь поверх руки Руаля.

— Готова.

Мы вошли.

Сотни лиц одновременно повернулись в нашу сторону.

Шёпот прокатился по залу и сразу стих. Я чувствовала взгляды на платье, на кресло, на золотые колёса. Кто-то рассматривал меня с любопытством. Кто-то с жалостью. Кто-то с плохо скрываемым восхищением.

Руаль двигался рядом, не торопясь. Его присутствие закрывало меня от половины зала, словно каменная стена. Он не позволил слугам везти кресло. Сам подвёл меня к возвышению, где стоял король.

Его величество редко улыбался. Даже на официальных портретах его губы были сложены в строгую линию, будто любое проявление радости могло пошатнуть государственный порядок.

Сейчас он внимательно посмотрел на меня.

— Мисс Моллард, — произнёс он. — Рад видеть вас в значительно лучших обстоятельствах.

Я вежливо склонила голову и расправила юбку в подобии реверанса.

— Благодарю, ваше величество.

Его взгляд опустился на кресло, задержался на серебряных лентах, вплетённых в колёса, а затем вернулся к моему лицу.

— Мне сообщили, что вы намерены открыть бал, — заметил король. Голос его был сух и казался безжизненным.

— Если его светлость не передумает, увидев количество зрителей.

Король многозначительно посмотрел на Руаля.

— Герцог Эдельгейм редко отказывается от задуманного. Даже когда задуманное кажется всем окружающим совершенно невозможным.

— Особенно в таких случаях, — отозвался Руаль.

В уголках губ короля появилось едва заметное движение.

Он улыбнулся.

Совсем немного. На одно короткое мгновение. Но по залу прокатилась новая волна шёпота. Редкая улыбка короля считалась почти такой же наградой, как орден.

— Тогда не заставляйте нас ждать, — произнёс его величество. — Надеюсь, что вы чувствуете достаточно хорошо, чтобы открыть бал.

— В этом вы можете не сомневаться, — улыбнулась я.

Музыканты подняли инструменты. Руаль вывел кресло в центр зала.

Паркет отражал свет люстр. Вокруг образовался широкий круг. Остальные пары не вышли. Первый танец принадлежал только нам.

Мне стало трудно дышать.

— Они все смотрят, — прошептала я.

— Пусть.

— Вам легко говорить. Вы стоите.

Он обошёл кресло и остановился передо мной.

— Если хотите, мы уйдём.

Я посмотрела на него. Он говорил серьёзно. Не проверял мою смелость, не пытался пристыдить. Действительно был готов развернуть кресло и увезти меня из зала, даже после всех приготовлений.

— Нет, — ответила я. — Я хочу танцевать.

Руаль протянул мне левую руку.

— Тогда ведите.

— Вы, кажется, перепутали наши роли.

— Ничего подобного. Первое движение начнётся по вашему сигналу.

Я вложила пальцы в его ладонь. Оркестр ждал. Я сжала его руку.