Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 12 – Кристина Юраш

Несколько секунд мы обе молчали.

У меня бешено стучало сердце, отдавая в виски тупой, пульсирующей болью. Из носа потекло что-то тёплое и солёное. Кровь.

Мелли стояла, прижав обе ладони ко рту. Её глаза были огромными, белки налиты кровью.

— Что? — спросила я, стараясь не шевелить губами.

Она не ответила. Медленно, словно в трансе, опустила руки.

— Мелли, что произошло?

Девушка медленно выдохнула. Она схватила чистую ткань и осторожно прижала к моему носу. Через несколько минут кровь остановилась, оставив на белом полотне несколько ярких пятен.

— Вы… вы поднялись. Сами…

— Ты меня подняла, — ответила я, растирая кровь на лице.

— Нет, госпожа… Это была не я… Клянусь… — прошептала Мелли, побледнев так сильно, что я сама испугалась.

— Мелли, ты держала меня, — произнесла я, чувствуя, как в теле гудит остаточный звон.

— Я отпустила вас.

Она сказала это шёпотом и тут же испуганно покачала головой, отступая на шаг.

— Не нарочно! У меня рука соскользнула. Я думала, что вы упадёте и сломаете всё окончательно, а вы… вы остались в воздухе.

— Я не могла остаться в воздухе! — воскликнула я.

— Но вы остались! — спорила Мелли, глядя на меня как на чудо. — Над кроватью.

Мелли смотрела на меня, словно боялась, что я не поверю собственным ощущениям.

— Вот настолько, — показала она на пальцах расстояние. — Может, даже выше. Я видела простыню под вами. И потом она сама расправилась. Госпожа… она сама легла под вас.

Я посмотрела на потолок. Трещина всё ещё была там. Кривая, похожая на высохшую реку.

— Мне показалось, что ты меня держишь. Что воздух стал твёрдым.

— Когда вы поднялись, обе мои руки уже были на простыне.

Она оглянулась на дверь, словно боялась, что мать стоит в коридоре и всё слышит.

— Госпожа… это что такое вообще?

— Не знаю… Мне кажется, это просто… тебе показалось…

— Вряд ли… Может быть, воздушный дар. Или пространственный. Вы ведь… вы стали невесомой. Как леди Глория. Только без сцены.

Невесомой.

Слово прозвучало нелепо. Даже кощунственно. А сравнение с блистательной леди Глорией ударило по самому больному.

Я не могла пошевелить ногами. Не могла самостоятельно повернуться. Не могла даже приподнять голову без боли. Я была калекой. Обрубком.

И при этом несколько мгновений назад я управляла гравитацией?

— Наверное, это последствия лекарской магии. Или я на несколько мгновений потеряла сознание, а ты сама не поняла, как удержала меня, — сказала я. — Мы обе устали. У тебя галлюцинации от недосыпа.

— Да, но простыня сама под вас легла! — спорила Мелли.

— Ты просто, наверное, не заметила, как подтянула ее, когда я упала.

— Я бы не успела! Вы висели! Клянусь! — сглотнула Мелли, глядя на меня как на чудо.

— Мелли, — с мольбой произнесла я. Я не хотела верить в чудеса. Точнее, хотела, но ужасно боялась в них поверить.

Горничная замолчала, тяжело дыша.

Я посмотрела на дверь. Тонкое дерево, за которым была мать.

Если она узнает, что со мной происходит что-то необъяснимое… Что я стала не просто обузой, а чем-то большим. Она либо объявит это чудесным выздоровлением и потащит меня показывать королю, либо найдёт способ превратить в очередную семейную выгоду.

Мне не хотелось проверять, какой вариант она выберет.

— Пока никому не говори, — тихо произнесла я, понимая, что, скорее всего, никакого чуда не было.