Книга Дом холодных сердец, страница 31 – Тея Авари

Рыжий вытянул руку и указал куда-то за спину Торна, в чащобу заросшего сада.

— Береги лучше свое сокровище! – прокричал он смеясь и скрылся из виду.

Торн перешел на другую сторону крыши и всмотрелся в указанную точку. Там, на берегу мелкого садового пруда мирно прогуливались Кассий и Ева.

— Он же еще час назад дьяволу душу собирался отдать! – недовольно процедил Торн и тут же одернул себя.

В самом деле, какое ему дело до обычной прогулки? Пока Кассий не пьет ее кровь без меры и не пытается залезть ей под юбку (а он вроде бы не склонен) – все в порядке.

А что до прогулок под луной… Одиночество – это то, что мучит каждого в этом доме холодных сердец.

Торн сжал обугленные ладони, которыми вытаскивал Кассия из горящих стен, и отправился назад в дом.

Уже спускаясь в подвал, он наткнулся на девочку, одиноко стоящую посреди лестницы. Кажется, ее звали Астэс.

Простая холщовая рубашка, видимо найденная Альбой в доме среди старой одежды, была велика и волочилась по полу. Большие черные глаза с любопытством воззрились на вампира.

— Чего тебе? – недовольно спросил Торн, не ожидавший увидеть здесь ребенка. – Альба еще спит. Проснется – накормит. Ступай к себе.

— Я не могу, – ответила Астэс.

— Что не можешь?

Ребенок начал его раздражать.

— Не могу спать. Ты много чувствуешь всего. Это очень громко, – пояснила девочка.

— В самом деле? – Торн посмотрел на девочку с куда большим интересом. – И что же я чувствую?

— Боль. Страх. Одиночество.

Девочка подошла ближе и бесстрашно взяла его за руку.

— Любопытно, – проговорил Торн. – Может быть, это то, что ты чувствуешь?

Астэс помотала головой.

— Нет. Это ты, – упрямо заявила она. – Ты хочешь быть любимым, но не знаешь, как это сделать. Не знаешь, что значит девичье сердце. Не знаешь, что оно любит.

Торн поджал губы:

— Не слишком ли дерзкие слова для малявки?

— Я не малявка, – обиделась девочка и совсем по-детски надула губы.

Как будто не ее еще вчера ждала голодная смерть в деревне.

— Иди спать, «немалявка», – усмехнулся Торн и подвинул девочку в сторону, чтобы пройти в подвал.

Астэс пожала плечами, но спорить не стала, побежала наверх.

Уже стоя в проеме двери, Торн вдруг обернулся и окликнул ее:

— Эй! А что, по-твоему, любит девичье сердце?

Астэс широко улыбнулась и, загибая пальцы, начала перечислять:

— Хорошо кушать, играть с друзьями, петь, танцевать…

— Довольно, – оборвал ее Торн. – Иди.

Девочка ускакала наверх, а Торн окунулся в темноту сырого подвала. Здесь он подошел к большому деревянному ящику с плотно прилегающей крышкой.

— Петь и танцевать… – хмыкнул вампир, отодвигая ее и садясь внутрь ящика.

Устроившись поудобнее, он придвинул крышку назад и глубоко вздохнул. Ладони и ступни саднило.

Девичье сердце… Ха!

Тьма и покой. Вот что ему действительно сейчас нужно. Только они могут его излечить.

* * *

Осеннее солнце уже взошло над горизонтом, безуспешно пытаясь отогреть мерзлую землю. В замке настало время живых.

Ева зашла в свою комнату, чтобы переодеть платье и заняться домашними делами. Еще нужно было помочь Альбе с Астэс. Еве было жалко девочку. С ее появлением стало на одну больше причин, по которым Ева не могла теперь покинуть замок.

Она расслабила поясок верхней свободной рубашки, стянула ее с себя и следом выбралась из сорочки и панталон, оставшись совершенно обнаженной.