Книга Эйдолон, страница 34 – Гидеон Торн

Я не оглядывалась. Шла быстро, почти бежала по дорожке к ждущему такси, чувствуя его взгляд у себя на спине.

— Клуб «Голос»? — оживлённо переспросил водитель, когда я грузно упала на сиденье. — Да, — выдохнула я. — Поехали, пожалуйста. Быстрее.

Когда машина тронулась, я нарочито отвернулась от окна, уставившись в телефон с видом крайней занятости. Но краем глаза всё же видела: он всё ещё стоял в дверях — освещённый светом прихожей, стройный и неподвижный силуэт на фоне тёплого жёлтого прямоугольника дома.

Внезапный рывок такси заставил меня прильнуть лбом к прохладному стеклу. «Не оставлю тебя одну»... От этих слов внутри всё перевернулось. Словно я хрупкая дева, которой требуется персональный охранник... И всё же почему в груди щемило это предательское чувство вины, эта досада?

Мы неслись по ночному городу, огни мелькали за стеклом. Я тщетно пыталась сосредоточиться на экране телефона. Как назло, «Голос» оказался именно таким, как я и боялась: кричащие неоновые вывески, приглушённый гул басов, бьющий сквозь стены, и клубы сизого дыма у входа, где кучковались курящие гости. Я расплатилась с водителем Артёмом, который пожелал «хорошо оттянуться» с таким подмигиванием, что я чуть не сгорела со стыда.

— О-па! Кого я вижу! Ты ли это?! — Ирина вынырнула из дымовой завесы, словно русалка из тумана, только в блестящем платье и с убойным макияжем. Её глаза округлились, оценивая меня с ног до головы. — Божечки-кошечки! В этом платье ты просто... Вау! Андрей! — крикнула она через плечо в дверь клуба. — Смотри, кто к нам пожаловала! Наша скромница решила себя показать!

Андрей появился в проёме, держа в руке стакан с чем-то мутно-зелёным. Его взгляд, обычно устало-равнодушный, вдруг вспыхнул нездоровым интересом. Он медленно оценил меня с головы до ног. — Да... Такого мы не ожидали, — пробормотал он сквозь зубы, и его губы растянулись в улыбке, которая показалась мне слишком широкой и пьяной. — Прямо... загадка.

Меня буквально втянули внутрь. Шквал звуков — дурацкая попса, гул голосов, смех — обрушился на уши. Воздух был густым, сладковато-спиртным и липким. Наш столик стоял в углу, весь заставленный бутылками, стаканами, мисками с чипсами и чем-то жареным. Там сидели семеро коллег — знакомые лица, с кем я когда-то делила офис.

— О! Наконец-то! — Выглядишь потрясающе! — Куда пропала?!

Объятия, поцелуи в щёку, запахи духов и пива. Я скинула пальто, чувствуя, как взгляды впиваются в изумрудную ткань платья. Никто, видимо, не ожидал, что под слоем офисного свитера и вечной усталости скрывается... ну, не модель, конечно, но хотя бы намёк на женственность. Андрей устроился рядом так, что его колено упёрлось в моё под столом. Я отодвинулась.

Вечер понёсся в сюрреалистичном вихре. Кто-то орал в микрофон, сбиваясь на хрип. Кто-то уплетал салат. Кто-то спорил о футболе. Алкоголь лился рекой. Я пила осторожно — коктейль за коктейлем с туманными названиями вроде «Секс на пляже» или «Отвёртка», которые на вкус были просто сладким спиртом. Ирина тащила меня петь. — Давай! Выбирай! Ты же это любишь! — настаивала она, тыкая в тачскрин караоке-меню.

Любила? Да. Тайно, страстно и ужасно. С детства. В душе, под дождём, под шум воды в ванной. Но мой голос... Брат метко сравнивал его со «звуком ржавых ворот, под которые подложили кошку». Обычно одно предложение — и люди умоляли остановиться. Но сегодня... что-то во мне щёлкнуло. Может, платье придало наглости? А может, эти коктейли? Я выбрала старую, вечную «Zombie» Cranberries. И запела. Отдавшись этому порыву полностью. Закрыв глаза, вцепившись в микрофон.