Книга Хрупкий сосуд 2, страница 41 – Ольга Чумаченко

— Будете драться, я буду кусаться! — строго выговаривала детям мама, жалея, что в такой спешке не подумала захватить самодельную гитару. Ну, ничего, её голос детям нравился, и она им пела.

Музыкальными инструментами малыши делали всё, что попадёт им в руки. Бум, бум, бум, не прекращался шум в их квартире целыми днями. Бедные соседи, думала многодетная девушка, но поделать ничего не могла. Чем бы дети ни тешились, лишь бы им это приносило радость. «Барабашки-тарабашки!»

Айта также приходила, садилась, и некоторое время наблюдала за Евой и детьми. О да! Теперь ей было труднее. Малыши пыхтели и фыркали на бабушку, помня, что она сделала. Сергей с Данко будто защищая от неё младших, прятали их куда-нибудь. Смешно это выглядело. Хладнокровная же пытаясь поговорить с девушкой о дальнейшей жизни. Но та всегда была так занята, что все намёки о неправильности её поведения с няри-няри, влетели в одно ухо и вылетели в другое. Это её дети и как их воспитывать решать только ей! Сами с усами! Делала Ева вид, что не поняла, недослышала. Всё хорошо!

Удивление и возмущение у девушки возникло, когда хладнокровная женщина, узнав, что Ева в скором времени собирается начать выходить в свет, принесла в подарок семь специальных ремешков для детей. Не поверила Ева, что для прогулки с детьми кто-то может использовать собачьи поводки. Ну, или что-то подобное. Вместо ошейников были мягкие ремешки, которые одевались жилеткой на передние лапки, ну, руки, и застёгивались на спине. Да, няри-няри передвигались на четвереньках, но это не повод выгуливать их как щенят. Возмущению её не было границ. Но… куда она со своим уставом в чужой монастырь? А тут, со своим воспитанием на чужой планете. Чужая она, что каждый раз не упускала высказать ей Айта. Но…

Опять это «но». Сколько бы Ева не пряталась от любопытства местных врачей, знала, что рано или поздно, хотела, чтобы это случилось попозже, не удастся ей огородить детей от изучения. Это произойдёт. И, правда, начали такие приходить. Сначала, личный врач показался, который лечил её. Пришёл, позвонил в видеозвонок у двери. Вежливо так поздоровался. Ева ему искренне обрадовалась, глаза заблестели, улыбка от уха до уха, даже подпрыгнула на месте. «Ура!» Хорошо, что никто кроме детей это больше не видел. Ну, сама она ещё ребёнок, игривая, весёлая, дерзкая.

Попытавшись успокоить участившееся сердцебиение, открыла девушка дверь. «Здрасте!» Хотела было пригласить высокого, статного, светлейшего полудракона, но случилось нечто странное: увидев незнакомого мужчину, няри-няри угрожающе зафыркали, встали в стойку даже человеческое дети, насупились. Ууу!

Подметил полудракон воинствующий характер малышей и не стал заходить. Сказал девушке, чтобы она как-нибудь зашла к нему, чтобы он посмотрел её саму, взял анализы, а то мало ли, какое состояние у неё после родов. Да, на вид он сразу определил, что состояние у неё так себе: синюшные круги под глазами, обезвоживание, это сто процентов, гемоглобин понижен, авитаминоз, питается не сбалансировано, так себе. Заметил, и для себя решил, что утром же, без обследования, вышлет ей рекомендацию.

Ева ответила, что у неё всё хорошо, и как только чуть-чуть освободится, то зайдёт. И, так, невзначай, помявшись, спросила про свою гитару. Врач пообещал узнать, на том и расстались.