Книга Непокорная истинная для ректора-дракона, страница 43 – Мелина Боярова

По его шее, вздуваясь буграми мышц под расстегнутым воротом рубашки, поползла переливающаяся чешуя — от золотистой до угольно-черной. Кожа на скулах натянулась и треснула, обнажая хищный оскал. Руки, сжатые в кулаки, начали удлиняться, ногти превращались в черные, бритвенно-острые когти, способные вспарывать сталь как бумагу.

Он менялся. Прямо на моих глазах превращаясь в страшное чудовище.

Я с ужасом вжалась в стену, чувствуя, как холод камня пробирает до костей. Я думала, что боюсь Ториана и его дружков?

Какая же я дура. Настоящий ужас стоял сейчас в центре комнаты, источая разрушительную мощь.

— Щиты! — заорал Барлас, первым выходя из ступора. — Ставьте щиты, идиоты! Он нас убьет!

Трое парней вскинули руки. Воздух перед ними задрожал, сгущаясь в полупрозрачные магические барьеры. Фиолетовые, серые, мутные пленки наслоились друг на друга, создавая, казалось бы, непробиваемую стену.

Рейнар лишь усмехнулся. Жутко. Криво. Обнажив клыки.

— Щиты? — прорычал он. — От меня?

Он раскрыл рот, и я увидела, как в его горле разгорается ослепительное пламя. Не обычный огонь, нет. Это была плазма, белая, с синими прожилками, гудящая от напряжения.

В следующую секунду подвал озарила вспышка, ярче тысячи солнц.

Рев белого пламени заглушил вопли адептов. Поток огня, смешанный с ветвистыми разрядами молний, ударил в их жалкие щиты. Барьер продержался ровно мгновение. Раздался звон, похожий на звук разбитого стекла, усиленный стократно, и защита разлетелась вдребезги.

Ударная волна швырнула парней как тряпичных кукол.

Ториан врезался в стеллаж с пустыми склянками, которые дождем посыпались на него, взрываясь осколками. Грем пролетел через весь подвал и с влажным шлепком ударился о дальнюю стену, сползая по ней мешком. Барлас, визжа, катался по полу, пытаясь сбить пламя, объявшее край его мантии.

Но Рейнару этого было мало.

Он сделал шаг вперед — смазанный, еле уловимый человеческому взгляду. Чешуйчатая лапа монстра сомкнулась на горле Ториана, вздергивая его в воздух.

— Ты хотел развлечься? — прошипел лорд ему в лицо, обдавая струйками дыма. — Ты хотел поиграть с моей вещью?

— Про... хррр... стите... — хрипел Ториан, болтая ногами в полуметре от пола. Его лицо синело. — Отец... Мой отец...

— Твой отец будет умолять, чтобы я оставил от тебя хотя бы пепел для урны, — рявкнул Рейнар.

Он швырнул парня на пол с такой силой, что каменные плиты треснули. Ториан скорчился, кашляя кровью.

Я смотрела на это, не в силах пошевелиться. Золотой браслет на моем запястье раскалился добела, резонируя с яростью хозяина. Он больше не защищал меня — он связывал меня с этим чудовищем, заставляя чувствовать отголоски его гнева. И это пугало меня больше всего. Я чувствовала его жажду крови. Сладкую, пьянящую.

Грем попытался незаметно проползти к выходу. Наивный.

Рейнар даже не обернулся. Он лениво махнул когтистой рукой в его сторону. С пальцев сорвалась электрическая дуга, ударившая беглеца под колени. Запах паленой плоти ударил в нос, смешиваясь с запахом озона.

— А-а-а! — завопил Грем, извиваясь на полу.

— Тихо, — приказал Рейнар, и его голос громом прокатился под сводами подземелья. — Я не давал разрешения шуметь.

В подвале воцарилась мертвая тишина, нарушаемая лишь скулежом побитых магов и треском искр, все еще бегающих по телу дракона. Он стоял посреди разгрома, тяжело дыша. Его рубашка на спине лопнула, не выдержав трансформации, обнажая кожу, покрытую чешуйчатым панцирем.