Книга Злодейка в финале, страница 75 – Энже Граф

Забьюсь в какую-нибудь глухую деревню или небольшой городок и изо всех сил попробую прожить эту жизнь настолько счастливо и достойно, насколько это теперь вообще возможно.

— Исключено, ‒ отрезал Гира.

И ушел, хлопнув дверью и словно бы отрезав ту ниточку надежды, которая еще давала мне силы. Я закрыла глаза. Боль вернулась с новой силой.

— Выпейте, ‒ я даже не вздрогнула, когда передо мной появилась Самайла.

Я послушно сделала несколько глотков, затем, когда боль отступила, позволила ей увлечь себя в ванну. Она помогла мне снять платье ‒ то самое свадебное, в котором я была до сих пор, ‒ и умыться. У меня уже не было сил отстаивать самостоятельность. Затем она помогла мне одеться в ночную рубашку, заставила меня, как ребенка, съесть несколько ложек прозрачного бульона, уложила в кровать, подоткнула одеяло и задвинула шторы, погружая комнату в полумрак.

И я послушно провалилась в сон, понятия не имея, как теперь сложится моя судьба.

Гира не пришел на следующий день. И на последующий. И через два три. И даже через неделю.

Впрочем, я была тому только рада: у меня и без него были дела. Самайла разрешила мне выйти из комнаты, но покидать территорию особняка и прилегающего двора я не могла, она строго за этим следила. Впрочем, я и не пыталась сбежать: что бы мне это дало?

Воздух на улице оказался теплым и влажным. К счастью, на мне больше не было тяжелых нарядов, к которым я привыкла во дворце, поэтому я не сильно страдала от жары. К тому же, блуза и длинная юбка, которые мне выдала Самайла, мне нравились даже больше, чем платья, поэтому в одежде и в новом виде я не видела дискомфорта. Единственное, что причиняло неудобство ‒ это акклиматизация, но и она успешно прошла за пару дней. Зато предоставленная мне свобода, пусть и ограниченная, заставляла мое сердце взволнованно пускаться вскачь. Утром я спешно одевалась и выходила во двор. Особняк находился на пригорке, и отсюда сверху открывался отличный вид на город и на море. Я любовалась видами, пришвартовывающимися судами, наблюдала за суетой и подставляла лицо солнцу и теплому бризу. Порой я ощущала на себе что-то давящее, будто за мной кто-то наблюдает исподтишка, но это было невозможно: Самайла всегда смотрела на меня прямо, а остальные слуги избегали иметь со мной дела ‒ подозреваю, таково было распоряжение Гира. В любом случае, я отбросила все давящее, что мешало мне жить, и просто наслаждалась, возможно, последними беспечными денечками, которые мне отмерила судьба.

Гира явился спустя две недели.

— Надо же, ‒ протянул он, ‒ теперь в тебе бы никто не опознал чопорную королеву из Талса. Ты превратилась в настоящую дикарку.

Я сидела среди цветов на возвышенности и смотрела на город. После слов Гира я склонила голову набок. Распущенные волосы свободно скользнули по спине и груди ‒ здесь я не видела смысла собирать их в узел, и ходила простоволосая и босоногая.

— К чему теперь, ‒ ответила я, ‒ эти условности? Я больше не королева. Я даже не успела ею стать.

— Не слышу в твоем голосе сожаления.

Я задумчиво кивнула. Его и нет. Я не сожалела о том, что не стала королевой. Я сожалела о том, что так и не успела стать женой Джеймса.

— Ты закончил со своими делами? ‒ спросила я. ‒ Тебя уже можно поздравить с коронацией?