Книга После развода. Не зови, не вернусь, страница 16 – Галина Колоскова

— А ведь кому-то это тоже может быть нужно, — выдаю вслух.

Данила поднимает голову.

— Что именно?

— Понимание, что ты — не брак. Что из твоей пыли можно сделать резец. Не у всех есть заброшенная штольня. Но у всех есть своя пыль. Свои осколки.

Он задумывается.

— Значит, надо рассказать.

— Боюсь, — признаюсь. — Вываливать свою боль на всеобщее обозрение… это так по-новорусски. Как дешёвое шоу.

— А ты не боль вываливай, — говорит он просто. — Дай рецепт. Как из пыли сделать инструмент. Это интереснее.

Идея засела. На следующий день, пока сыр зреет, я сажусь за ноутбук. Единственное, что осталось от прошлой жизни. Открываю платформу для блогов. Создаю страницу. Долго смотрю на строку «Название».

Пишу: «Алмазная пыль. Заметки с сыроварни». Без выкрутасов.

Первый пост даётся тяжело. Пишу, стираю, снова пишу. Нужен тон. Не жертвы. Не героини, а человека, нашедшего выход.

Начинаю так:

«Меня списали как человеческий брак. С актом, конвертом и полным аудитом. Годы попыток стать «правильной» закончились вердиктом: «убыточный проект». Я приехала в горы, чтобы сломать шею. А нашла алмазную пыль. Оказывается, самое ценное — не безупречный бриллиант. А серая пыль, которой режут гранит. Та, что остаётся после удара. Я учусь резать, а не сверкать. И ещё здесь будет про сыр. Потому что вызревание — оно везде одинаковое».

Прикрепляю две фотографии. Первая — мой корявый амулет на грубом столе. Вторая — ровная головка зрелого сыра на той же скатерти.

Подпись: «Оба вызревали. Оба имеют право на жизнь. Сыр, впрочем, вкуснее».

Нажимаю «опубликовать». И чувствую, как будто вышла на улицу голой.

Первые часы — тишина. Ни лайков, ни комментариев. Я двадцать раз обновляю страницу. Потом иду помогать Даниле формовать сыр. Руки работают, голова там, в сети. Где выставила напоказ свою самую большую рану.

Вечером не выдерживаю, снова открываю. И обмираю.

Под постом — пятнадцать комментариев. Не тысячи. Но они есть. И это не смайлики.

«Спасибо, что назвали это. Я после развода тоже чувствую себя браком. Не знала, как сформулировать».

«У меня не получилось с детьми. Муж ушёл к «нормальной». Читаю и плачу».

«Где вы берёте эту пыль? Я свою тоже хочу найти».

«Сыр — это гениально. Держитесь».

А одна женщина написала:

«Муж когда-то купил в подарок у ювелира Соколова кольцо. Очень дорогое. Сегодня надела украшение на цепочку из бабушкиной шкатулки. Впервые за долгое время почувствовала себя собой, а не вложением».

Меня трясёт. Я плачу. Не от горя. От того, что я — не одна. Что мой крик услышали. И ответили тихим шёпотом: «И я. И я. И я.»

Данила подходит, смотрит на экран. Читает. Ничего не говорит. Кладёт руку мне на плечо. И слегка сжимает. Этого достаточно.

С того дня блог становится моей второй жизнью. Возможностью высказаться перед теми, кто сам прошёл через ад измены и не осудит, а поддержит.

Пишу честно. Про утро, когда просыпаешься и снова чувствуешь себя ненужной. Про то, как из-под шкурки проявляется рисунок дерева. Выкладываю фото неудач — треснувших заготовок, помутневшей смолы. И маленьких побед.

Приходят сообщения. Спрашивают, можно ли купить мои «амулеты». Я отнекиваюсь: «Да они же уродливые! Я не ювелир!»

Но Данила однажды говорит:

— Ты станешь продавать не украшения, а историю. И право быть неидеальной. Если людям это нужно — почему нет?