Книга В руках подонка, страница 64 – Виктория Вашингтон

Но теперь, когда мы вернулись, и я оставила их в одной комнате, я не знала, что делать с этим ощущением.

Я слышала голоса.

Точнее, один голос — детский, звонкий, полный любопытства. А второй… Второй был едва слышен, сдержанный, но всё же… здесь.

Я приоткрыла дверь в детскую.

Дамьен сидел на полу, держа в руках машинку, а мой сын с восторгом наблюдал за ним, ещё не решаясь взять игрушку обратно. Он уже привык к нему, и это злило меня. Или пугало. Я не знала.

— Смотри, — голос Дамьена был тихим, каким я никогда его не слышала. Он толкнул машинку вперёд, показывая, как она катится по ковру. Мальчик засмеялся и потянулся за ней, коснувшись Дамьена пальцами. Несмело, но уверенно.

Я сжала зубы.

Дамьен не двинулся. Он лишь наблюдал.

— Нравится? — его голос был почти ласковым, и это было неправильно.

— Ма-а! — ребёнок повернулся ко мне, радостно указывая на игрушку.

Я быстро улыбнулась, сделала шаг внутрь.

— Нравится, да? — я присела рядом, убирая прядь волос за ухо.

Дамьен не смотрел на меня.

Я тоже не смотрела на него.

— Дай, — мальчик протянул руки, требуя машинку обратно.

Дамьен передал её без лишних слов. Но когда их пальцы соприкоснулись, он замер. И я тоже.

Это было что-то невидимое. Что-то, что зависло в воздухе между ними.

— Всё нормально? — мой голос прозвучал тише, чем хотелось.

Дамьен медленно вдохнул, выдохнул и наконец перевёл на меня взгляд. Он был пустым. Или он старался, чтобы он таким казался.

— Конечно, — произнёс он ровно.

Я стиснула зубы, пытаясь прогнать нарастающее ощущение. Не сейчас. Не здесь.

Но когда ребёнок снова коснулся его, хватая за рукав, внутри меня что-то дрогнуло.

Потому что он даже не знал, кто перед ним.

А Дамьен знал.

И это меняло всё.

Я привыкла к его присутствию.

Когда-то сама мысль о том, что Дамьен будет находиться рядом со мной, в моём коттедже, в моей жизни, казалась невозможной. Это была бы ошибка. Слабость. Опасность. Но теперь он просто был здесь. Был так, словно всегда должен был быть.

Когда мы вернулись с поездки он убедил меня, что для нашей с Райаном безопасности будет лучше, чтобы он чаще находился рядом.

Изначально это дико напрягало, и я даже не поняла, как начала привыкать.

Я не знала, в какой момент это произошло. Может, когда он впервые остался ночевать, а я не выгнала его. Или когда он без слов подал мне чашку чая, наблюдая, как я сижу на диване после тяжёлого дня, не в силах даже сымитировать равнодушие. Или, возможно, когда он, не спрашивая, забрал из моих рук тяжёлые пакеты с продуктами, а потом просто поставил их на стол, не сказав ни слова.

Каким-то образом он проник во всё это.

Я сидела на кухне, машинально помешивая ложкой в кружке, но мысли были далеко. Райан устроился на полу, раскладывая перед собой машинки. Одна красная, другая чёрная. Он любил сравнивать их, придумывать целые истории, в которых одна из машин пыталась догнать другую.

— Они наперегонки? — раздался низкий голос.

Я вздрогнула.

Дамьен стоял в дверном проёме. Свободный, расслабленный, но при этом всё равно занимающий пространство так, будто ему принадлежала вся комната.

Райан поднял голову, задумчиво посмотрел на него и кивнул.

— Какая выиграет? — спросил он.

— Чёрная, — уверенно сказал сын.

— Почему?

— Потому что она сильнее.