Книга Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2, страница 86 – Шуан Мэйхуа

Когда ее реакция была замечена остальными, она поспешила опустить опухшие глаза, извиняясь. Слезы лились сами собой, срываясь с ее ресниц. Но она ничего не могла с собой поделать.

— Я отведу тебя в покои, – прошептал Мао Яньсяо и, воспользовавшись случаем, поспешил удалиться, обещая совсем скоро вновь почтить их своим присутствием.

Император смотрел на выражение лица Мао Яньсяо какое-то время, после чего одобрительно кивнул, позволив удалиться.

Он схватился за ворот своего одеяния, оттягивая ткани, казалось, ему становится трудно дышать. Стирая очередную слезинку со щеки, девушка всхлипнула и вдруг заговорила:

— П-простите я знаю, что не должна была, но мне его так жаль. Знаю, что некоторые демоны плохие и опасные, но это…

Сжав кулаки, Мао Яньсяо усмехнулся:

— Жестоко… – Мао Яньсяо перевел на наложницу свой взгляд, а после спросил: – Ты знаешь, как люди добывают черный жемчуг?

Вопрос казался обычным, но одновременно пугающим. Как будто Мао Яньсяо вовсе не интересовало, знает ли она ответ на этот вопрос, а ему хотелось поделиться с кем-то этими знаниями. Покачав головой, девушка тихо прошептала:

— Кажется, их добывают из русалок.

Мао Яньсяо прикрыл свои глаза:

— Верно. Но все не так просто. Видишь ли, чтобы получить черный жемчуг, нужно лишить русалок самого драгоценного. Русалки очень наивны. Они любят искренне, а если полюбили кого-то, то полностью отдаются этому чувству и остаются верны своему партнеру до последнего вздоха. Чтобы получить одну слезу, нужно убить всю русалочью семью. Отца, мать и плод их любви. Когда русал видит, как на его глазах расправляются с его семьей, его янтарные глаза тускнеют, и слеза, с последним стуком сердца, медленно стекающая по его щеке, приобретает глубокий беспросветный черный оттенок, – уголки губ Мао Яньсяо потянулись вверх, но эта улыбка вовсе не была искренней. – Какая красивая трагичная история, не правда ли?

Губы наложницы едва заметно приоткрылись, но она не решалась заговорить. Это не ускользнуло от внимания Мао Яньсяо.

— Ты хотела что-то спросить?

Она колебалась еще миг, прежде чем кивнула:

— Я слышала… император демонов носил бусы из черного жемчуга. Интересно… он знал, как их добывают? А если знал, почему продолжал их носить?

Мао Яньсяо тихо выдохнул:

— Он все знал, потому и носил их, не снимая.

Откуда этот демон мог знать, что было еще со времен Цзюнь-шан Лун Чжи? Или откуда он мог рассуждать о смысле, вложенном в эту привычку самим императором демонов. Поэтому этот ответ, хоть и звучал утвердительно, был воспринят наложницей как догадка. Но это было вовсе не так. Ведь Мао Яньсяо все знал, все видел и мог не только мучиться догадками, а лично, без стеснений спросить об этом у Лун Чжи.

Отведя девушку в ее покои, Мао Яньсяо поспешил вернуться за стол. Он не знал, что именно эти люди будут делать с тем русалом, но однозначно знал, что превратят во что-то поистине зрелищное и ужасное.

В этот момент Ши Тао, что все это время стоял поодаль, как ему и было приказано, оказался у входа в императорский сад. Мао Яньсяо замедлил ход, покосившись на мальчика. Казалось, Ши Тао что-то нашептывает себе под нос, внимательно наблюдая за реакцией принца. Но единственная реакция, которая была у Мао Яньсяо, это смесь удивления и настороженности.