Книга Книга Азраила, страница 183 – Эмбер Николь

Дианна покачала головой и посмотрела на свои руки, словно могла видеть на них следы крови. Мое хорошее настроение бесследно испарилось – осознание реальности оказалось слишком болезненным.

— Я знаю, что я плохой человек. – Она сделала паузу и издала короткий, горький смешок. – Боги, я вообще не человек. Я осознаю свою судьбу и заслуживаю ее, но Габби невиновна. Я воровала, чтобы мы могли есть, я сражалась, чтобы мы могли жить, но она всегда была той, кто держал меня на плаву. Ее единственная вина состоит в том, что она меня любит. Даже в самые ужасные, тяжелые моменты она никогда не переставала меня любить. Она заслуживает счастья. Я насильно привязала ее к такой жизни. Так что обещай мне – если что-то пойдет не так и я не справлюсь, поклянись, что позаботишься о ее безопасности. Пожалуйста. Просто пообещай.

Она повернулась и пристально посмотрела на меня. Ее потухшие, несчастные глаза были наполнены молчаливой мольбой. В тот момент я решил, что эта женщина никогда не должна просить. Она заботилась о своей сестре, но кто заботился о ней? В те минуты она казалась такой невинной, такой уязвимой. Она не была тем злобным огнедышащим зверем, которого я встретил несколько недель назад. Она была всего лишь девочкой, родившейся в хаосе. Каден загнал ее в угол, превратив ее в оружие. Она стала такой, чтобы защитить единственного человека, который все еще видел в ней что-то хорошее.

Не в силах видеть ее такой одинокой, я протянул руку и сжал ее ладонь так же, как она делала во время моих ночных кошмаров. Это мне помогло, и я хотел сделать то же самое для нее.

— Я обещаю обеспечить Габби полную безопасность. И я обещаю, что он никогда не сможет причинить тебе вред. Если он попытается забрать тебя, я заставлю его пожалеть о том, что он родился на свет.

— Опять твое эго.

Она всхлипнула, слегка покачав головой.

Я криво усмехнулся.

— Эго? В моих воспоминаниях ты видела, что я заставлял монстров и людей молить о смерти.

— О, я видела там и свои мольбы…

Ее слова вызвали во мне странное чувство. Оно зародилось в моей диафрагме и вылилось наружу. Я откинул голову назад и рассмеялся – по-настоящему рассмеялся. Смех овладел мной так быстро, что стал неожиданностью для меня самого. Я оглянулся на Дианну и обнаружил, что она смотрит на меня с выражением полного удовлетворения на лице.

— Теперь ты слишком много обо мне знаешь. Даже Лига тебе позавидует.

Дианна опустила взгляд на наши соединенные руки.

— Обещаю им не рассказывать. – Ее большой палец провел по тыльной стороне моего. – Ты милый, когда увлечен кровопролитием.

— Я не понимаю, что это значит.

Она взглянула на меня и слегка улыбнулась, прежде чем убрать свою руку.

Это было ложью. Я понимал, что она имеет в виду, но ее попытки объяснять слова и фразы приносили мне удовольствие. Она повернулась и откинулась на локти. Я придвинулся ближе, пока она поправляла джинсовую куртку. Затем она опустила подбородок и глубоко вдохнула, прежде чем вытащить из кармана полоску бумаги.

— Ты сохранила их?

Она тихо и коротко рассмеялась, но этот звук мгновенно успокоил мои нервы.

— Я думал, ты оставила их в фотобудке.

Ее глаза светились радостью, когда она смотрела на фотографии.

— Ты сам предложил их сохранить.

— Большую часть времени ты меня не слушаешь.