Книга Мертвые земли Эдеса, страница 96 – Софья Шиманская

Взгляд Орхо казался Луцию осязаемым.

— Смотри. – Он расчертил над Орхо символ. Узор на несколько мгновений завис в воздухе и рассыпался золотой пылью, которая исчезла, не успев коснуться лица Орхо. – Это Первая Печать.

— И что она делает?

— Ничего, – Луций пожал плечами и расчертил символ снова, – она не делает абсолютно ничего. У нее даже заклинания нет. Это первое, чему учатся дети. Надрезать воздух, зацепить ниточки магии.

Орхо потянулся пальцами к золотым искрам, но они исчезли раньше, чем он успел их коснуться. Луций вздохнул, допил остатки вина и взял со стола пергамент с неудавшейся печатью.

— Думаешь, это сработает на гонке?

— Храбрость против покорности? Уверен. – Орхо забрал у него лист, аккуратно сложил и поднялся. – Много ты поставил?

— Сотню.

— Транжира.

— Помогаю бедным. У Байби наверняка все получилось, а он сегодня проигрался. – Конец фразы утонул в отчаянном зевке. Талорец поймал его пальцы, когда он снова потянулся к глазам.

— Ты не можешь избегать сна вечно.

Луций отвел взгляд.

Сон о Севере больше не возвращался. Яркие краски полыхающего неба поблекли в памяти и забылись. Он казался сказочным – а вот кошмары, которые терзали его каждую ночь с того момента, как он вернулся с Рубежа, дышали реальностью.

Ослепительное пламя, застилающее взгляд. Горячая липкая кровь, покрывающая тело. Разрывающая, прорастающая изнутри корнями огромного дерева агония, а следом за ней – ничего.

Каждую ночь Луций просыпался, захлебываясь собственными криками и хватаясь за горло. Орхо перехватывал его руки, не давая расцарапать кожу до крови, ложился рядом и подтягивал к себе. Луций вжимался в него спиной и молил богов, чтобы проклятый сон о пылающем небе и бесконечном горизонте не оказался пророческим.

Иначе этим кошмарам тоже суждено было сбыться.

— Лучше бы я потратил время на Печать Бодрости. – Луций нехотя поднялся. – Может, сделать себе такое тавро? Почему никто до этого не додумался? Особенно военные. Легионы солдат, которым не нужен сон, ну не сказка ли!

— Сказка, – Орхо потянул Луция в сторону кровати, – не думаю, что тебе первому пришло это в голову.

Луций чувствовал себя как узник перед казнью.

Свернувшись на кровати, он позволил Орхо взять его за руку, с головой накрылся мехом и сдался.

* * *

Эта ночь прошла лучше прочих.

Луций открыл глаза и с трудом разжал затекшие пальцы. Орхо вскинулся и накрыл ладонью его руки. На его коже остались багровые следы от ногтей Луция. За окном брезжил бледный и неуверенный сизый рассвет. Луцию удалось проспать несколько часов. Немного саднило горло, мышцы ныли от перенапряжения. Луций попытался ухватиться за расплывающиеся образы кошмара, но не смог. Даже касаться этих мыслей было почти физически больно. Пламя, агония, горе и удушающий страх – ни причин, ни контекста. Каждую ночь одно и то же.

— Засыпай, – сказал Орхо, разминая шею. Он сидел у кровати, прислонившись к стене. Под глазами залегли тени. – Еще рано.

— Не смогу. Ты сам-то спал?

— Мне хватит, – Орхо поднялся, – принести воды и завтрак?

Луций удержал его за руку, чувствуя под пальцами припухшие царапины.

— Справлюсь сам. Хочешь, спи здесь.

Орхо медлил, но, когда Луций встал и бросил на него настойчивый взгляд, опустился на подушки.

— Не сбегай, – пробормотал он, утыкаясь лицом в меховое покрывало. С легкой завистью Луций смотрел, как легко Орхо погружается в сон. – А вздумаешь опять следить за Корвинами, бери меня с собой.