Книга Кровь Тала, страница 98 – Софья Шиманская

Марк с тоской наблюдал, как тот елозит по нежной обивке практически голой задницей, пока Агнис устраивается на его коленях. Коралловая оттоманка была частью изысканного ансамбля, который еще прадед Марка вывез трофеем из Тиришара. Великолепный образчик анималистического ремесла. Такую мебель не вырезали и не строили – ее выращивали тиришарские ловчие, направляя рост кораллов своей магией. Дорогая вещь.

Марк поджал губы и вздохнул. Как бы ему ни хотелось согнать Кира со своей драгоценной мебели, Агнис выбрал легата игрушкой – а ему возразить Марк не смел.

Впрочем, доклад Кира беспокоил Марка куда больше, чем судьба интерьера. Ровным голосом Кир перечислял тревожные события, произошедшие в Эдесе в последнее время. После инцидента в Нижнем городе Марк отправил легата собирать сведения – и тот собрал.

Люди словно массово свихнулись. По городу разносились оскорбительные песни и вирши, в Среднем городе магов демонстративно не пускали в кабаки и лавки. Ходили байки о том, что маги крадут детей для кровавых ритуалов. Ушлые торговцы хлебом и вином рекламировали свой товар как «чистый, не отравленный магией». Разумеется, это было ложью – маги благословляли каждое поле и виноградник. Но слухи работали, и их влияние росло. Это не сулило ничего хорошего.

Произошло даже несколько нападений. Одного богатого ремесленника из Младшей ветви, который неосторожно въехал в город с помпой, ограбили, заковали в рабские колодки, облили смолой и пешком отправили в Верхний город. Пока обходилось без трупов, но это «пока» звенело зловещим предзнаменованием.

В Эдесе что-то изменилось. Плебеи еще никогда не позволяли себе такой дерзости.

— …в числе прочего, была совершена серия нападений на склады коллегии Мариуса. В ходе налетов похищено шесть амфор зеленой краски, – завершил доклад Кир.

Марк вскинул бровь и вопросительно взглянул на легата. Агнис, который все это время лежал, опустив голову на колени Кира, зевнул и требовательно дернул его за тунику. Это был огромный темно-серый кот, в роду которого не иначе как были рыси. Марк назвал его в честь одного из худших тиранов в истории Эдеса, и Агнис полностью оправдывал свою кличку. Он был капризным, бесцеремонным и считал себя полноправным хозяином поместья Марка Центо и его самого.

Кир запустил пальцы в густую шерсть, почесывая коту живот. Марку такой дерзости Агнис никогда не позволял, но в руках легата урчал, как котенок.

— Зеленая краска? – уточнил Марк.

— Да. Плебеи используют ее, чтобы рисовать листья на стенах зданий, трибун.

— Какие листья?

— Очевидно, кривые, – хмыкнул Калеста, но, словно устыдившись собственного панибратства, тут же пояснил: – Художественные навыки злоумышленников не позволяют идентифицировать их… сорта.

— Может, им зима надоела? – предположил Марк.

— Я бы трактовал это как аллегорическую форму протеста против Мертвой Земли, выраженную в форме универсального символа живой природы. – Кир поднял на Марка рассеянный взгляд. На его губах была ласковая улыбка. Марку она не предназначалась. Кир просто забыл стереть ее с лица. – Впрочем, консул не будет ждать от тебя трактовок. Достаточно изложить факты. Близится полдень, трибун. Тебе пора.

Марк промолчал. Агнис забрался передними лапами на плечо Кира и принялся с упоением мять его шею, оставляя алые царапины на бледной коже. Марк заставил себя отвести взгляд и посмотрел в окно. Вялое солнце ползло к зениту – пора было отправляться на встречу с Публием Авитусом. Снова неуклюже лгать. Снова пить странное зелье.