Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 76 – Александр Галиновский

Между тем ему удалось сместиться на добрых четверть шага. Конечно, если присмотреться хорошенько, можно было бы заметить, что что-то изменилось в его позе. Однако в помещении царил полумрак.

Энсадум прислушался к звукам снаружи. Если бы ему удалось позвать на помощь или каким-то другим способом привлечь внимание…

— Послушайте, я всего лишь…

Ему ответил Карлик:

— Пф-ф… Не пытайся. Тебя прижали.

— Вы меня с кем-то путаете…

— Нет! – тряхнул головой Карлик, и вышло это на удивление комично, словно кивок болванчика.

Все происходящее напоминало страшный сон.

— Нет,– повторил Карлик,– никакая это не ошибка.

В этот момент Старик добрался до третьего саквояжа. На сей раз это должен был оказаться именно тот, что принадлежал Энсадуму. Разве высока вероятность, что и это чья-то еще собственность? Хотя на деле это всего лишь значило бы, что в пустошах ограбили на одного практика больше.

— Эй! – Карлик вновь направил арбалет Энсадуму в лицо.– Стой смирно!

Из саквояжа показались первые инструменты, а также горелка и несколько мензурок. Энсадум не сводил со Старика глаз, ожидая, что появится следующим.

Наверняка это именно его саквояж.

И в нем – блокнот. Энсадум не мог сказать, почему так дорожит этим блокнотом. За свою жизнь он исписал сотни различных записных книжек, блокнотов, тетрадей. Сперва ему приходилось учиться дома, затем – в стенах Курсора, осваивая азы профессии. Однако этот блокнот, куда он переносил все, что находило отклик в его душе, Энсадум ценил выше других. А еще этот блокнот подарил ему отец. Просто вручил в свойственной ему манере – без слов, с легкой полуулыбкой на лице. Это случилось незадолго до…

Все последующие события произошли одновременно.

Старик отшвырнул раскрытый саквояж. Из него выпал и покатился, переворачиваясь с одного угла на другой, словно диковинное четырехугольное колесо, знакомый блокнот.

Два противоречивых позыва – рвануться к блокноту либо уворачиваться от стрелы Карлика – заставили Энсадума сделать неуклюжее движение. Где-то над ним просвистела стрела, ударившая в балку над головой. Судя по звуку, с которым ее металлический наконечник врезался в дерево, сила выстрела была немалой.

Старик кричал что-то о некромантии, когда Энсадум бросился на него и повалил на пол. Из всех троих именно он казался наиболее опасным противником. Ни Карлик, ни Юнец не сравнялись бы с ним, хотя молодость и физическая сила, безусловно, были на их стороне.

Сбив Старика с ног, Энсадум попытался дотянуться до одного из инструментов, что были разбросаны вокруг, однако противник оказался не так прост. В любом случае он не планировал покорно лежать на полу.

Старик оказался и проворнее, и мощнее, чем казалось на первый взгляд. Оттолкнув практика, он перекатился на бок, затем одним движением поднялся на ноги. Значит, Энсадум верно определил сильнейшего. Однако не знал, насколько сильным окажется его противник.

В это время Карлик уже достал новый болт и принялся взводить арбалет. Юнец отбросил обе свои склянки и тоже рванулся к Энсадуму.

Путь назад был отрезан. Впереди ждал Юнец – и груда стекла на полу. Справа – Старик. Судя по всему, он уже пришел в себя после падения и теперь ругался сквозь зубы, постепенно наступая.

— Некромантское отродье! – Он сплюнул кровь.