Книга Дыхание дракона, страница 90 – Фонда Ли, Шеннон Ли

Со своего места Джун мог видеть реакцию генерала Кобу, наблюдавшего за происходящим с напряженным вниманием; тяжелый взгляд был прикован к лицу юноши. Даже Хранитель Яма подался вперед и с интересом поводил головой из стороны в сторону, как внезапно пробудившаяся ящерица.

Глашатай в недоумении какое-то время смотрел на Рен, а затем, воодушевленный ее улыбкой и возрастающим возбуждением толпы, повернулся и, указав на Джуна, провозгласил:

— Победитель – Маленький Дракон!

Джун догнал Рен и, взяв за руку, отвел за павильон участников – подальше от суеты и шума.

— Что на тебя нашло?

Девушка спокойно смотрела на него.

— Тебе не нравится твое новое имя?

— Нравится, но… – Он осекся, не зная, что делать дальше: отругать или поблагодарить. К тому же он совершенно не мог сердиться, когда Рен ему улыбалась, пусть даже, как сейчас, язвительно. – Получилось… слишком вызывающе. Зря ты это затеяла. Я и без бойцовского имени неплохо справлялся.

В глубине души Джун был доволен: новое имя ему нравилось – оно звучало гордо и благородно. Когда глашатай объявил его с арены, юноше показалось, что он летит по воздуху, окруженный со всех сторон сиянием. И все же он ощущал себя самозванцем, которому водрузили на голову корону – великолепную, но неимоверно тяжелую.

Рен бросила на него сочувственный взгляд, в котором можно было прочитать: «Хоть бы спасибо сказал!» и «Ну ты недотепа, все тебе приходится объяснять».

— Леопард и Человек-невидимка – вот два имени, которые у всех на устах. Если ты хочешь стать им достойным соперником, нужно выделиться.

— Турнир Хранителя не конкурс популярности, – возразил Джун. – Неважно, насколько звучное у тебя имя или кому отдает предпочтение толпа. Важно, кто победит на арене. К тому же Человек-невидимка ранен и куда-то исчез.

— Появится другой фаворит, которому начнут все симпатизировать, – терпеливо продолжила Рен. – На сцене я всегда ощущаю энергию тех, кто на меня смотрит. Конечно, не в такой степени, как сифу: у меня нет его способности чувствовать Дыхание. Но каждый актер тебе подтвердит, что Дыхание зрителей – половина успеха. Ты же хочешь, чтобы люди болели за тебя?

— Получив новое имя, я чувствую, как у меня на спине появилась огромная мишень.

Заявить о личной связи с Драконом равносильно тому, чтобы объявить себя богом на земле или отпрыском королевских кровей. За такое можно схлопотать обвинение в государственной измене. Лишь император имел право называть себя Сыном Дракона.

— Ты не сам придумал, имя тебе присвоили болельщики, – напомнила Рен.

Как будто это могло служить защитой, если Кобу и его сторонники решат им заняться…

Рен подошла и взяла юношу за руки.

— Людям нужен кумир – человек, которого они могут представить в роли Хранителя.

— А как насчет Вундеркинда Иня в этой роли?

Рен спокойно ответила:

— Я могу болеть за вас обоих.

— Недолго, ведь только один из нас сможет стать Хранителем.

Мимо прошествовала группа мужчин в красных шарфах – очевидно, на бой Леопарда. Рен оттащила юношу в сторону и, дождавшись, когда их не смогут слышать сторонники Кобу, продолжила:

— Лучшим результатом турнира станет финальный бой, в котором встретитесь вы с Инь Юэ. Любой из вас вернет былое величие званию Хранителя и не станет помогать человеку, который хочет довести Запад до войны. – В глазах Рен читалась бескомпромиссная уверенность. – Именно за такой исход я болею. И мне не нужно выбирать между вами.