Книга Город богов и монстров, страница 279 – Кайла Эдвардс

Арена, на которой проводили бои, была частным заведением – она принадлежала одному из криминальных авторитетов города Антонио Пересу, который приобрел ее, чтобы в обход закона устраивать кровавые побоища.

Лорен вбила адрес во всемирную навигационную систему на своем телефоне. Голубая булавка возникла на карте, обозначив местонахождение арены, и Лорен чертыхнулась.

Прямо в районе Мясокомбината.

— И почему меня это не удивляет? – пробормотала она, вызвала такси, а когда водитель подъехал к воротам и узнал, куда ей надо, вид у него стал такой, будто он увидел привидение. Оптимизма эта реакция не внушала, но Лорен старалась не думать ни о чем, пока машина катила к городским трущобам.

Такси замедлило скорость до черепашьей и наконец затормозило в центре района Мясокомбината, недалеко от неприметного склада с окнами, заколоченными досками. Ртутные уличные фонари поблизости или перегорели, или были разбиты, солнце зашло несколько часов назад, и район окутал жуткий мрак.

Лорен проверила навигационную систему на своем телефоне. Эта часть города ветшала и разрушалась, всеми забытая; здесь улицы не имели названий, барыги правили, словно короли, со своих престолов в опиумных притонах.

Предчувствуя вопрос, который уже вертелся на языке Лорен, таксист объяснил:

— Яма в двух кварталах отсюда, – и он указал толстым пальцем на ряды безликих зданий впереди.

По району блуждали бродяги, тощие проститутки болтались в переулках и под рваными навесами давно закрытых пустых кафе, их силуэты отчетливо вырисовывались в мерцающем красном свете фонарей, под которыми они расположились.

— То есть вы считаете, что я должна тащиться эти два квартала пешком.

Он ответил, отводя глаза:

— Дальше я не поеду.

— Да что это с водителями такси и автобусов? – пробормотала Лорен, но отдала ему тридцать серебряных майнетов – только за проезд, и ничего сверх того, – расстегнула ремень и вышла на улицу района Мясокомбината.

В зимнем месяце децеме погода в Ангелтине стояла почти такая же, как в любое другое время года, только ветер похолодал настолько, что Лорен не казалась слишком тепло одетой в своей толстовке с капюшоном и легинсах.

Торопясь к Яме, она надвинула капюшон пониже и держала голову опущенной. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным вонью соседних боен, от едкого запаха плоти, исходящего из кирпичных строений, Лорен мутило.

В переулках, мимо которых она проходила, оборванцы рылись в баках, из которых вываливались мешки с мусором, маргиналы ловили кайф в дверных нишах или на скамьях рядом с освещенными зелеными фонарями автобусными остановками. Проститутки с выставленными напоказ прелестями провожали Лорен оценивающими взглядами, стоя почти нагишом на углах улиц; некоторые, проходя мимо, не упускали случая осмеять ее или хрипло выкрикнуть невнятные оскорбления. Из них пара была ведьмами, еще несколько – вервольфицами. Но чаще всего попадались люди.

Лорен была почти у Ямы, когда четверо незнакомцев вышли ей навстречу из мутной тьмы прохода между зданиями – узкого, мощенного булыжником, отделяющего старый завод от борделя с вывешенным на трухлявой веранде красным фонарем.

Ее окружили, как волки ягненка. Сердце Лорен запрыгало в груди, мокрые пальцы сжались на ремешке сумки. На долю секунды она пожалела, что не достала заранее пистолет, который по-прежнему носила с собой.