Книга Фарфоровая невеста, страница 68 – Соня Золотова

И в этот момент за ее спиной открылась дверь.

Раньше там не было двери, я точно знала. Раньше там была стена, полки, связки трав и старое зеркало с потемневшим краем. Но сейчас в стене проступил прямоугольник света, сначала тонкий, как щель, потом шире, шире, и наконец створка распахнулась беззвучно, открывая совсем другой мир.

Лес.

За дверью шумел лес, какого не бывает на Земле. Громадные деревья поднимались в небо так высоко, что их верхушки терялись в золотисто-зеленом сиянии. Их стволы были широкими, живыми, со светлыми окнами, круглыми балконами, лестницами из переплетенных ветвей. Между деревьями висели мостики, украшенные цветами, а внизу, у корней, блестели ручьи и росли незнакомые растения — синие, голубые, серебряные, прозрачные, будто сделанные из тончайшего стекла.

По воздуху пролетели птицы с длинными хвостами, похожими на ленты.

Одна из них вскрикнула, и этот звук был таким чистым, что у меня мурашки побежали по рукам. Марра открыла глаза.

И тут же заплакала. Просто закрыла рот ладонью, будто боялась закричать, и слезы сразу побежали по щекам, буквально в три ручья. Раньше я всегда думала, что это литературное преувеличение…

— Спасибо, — прошептала она. — Спасибо. Спасибо…

В ее глазах было столько света, что я даже растерялась.

— Хочешь со мной?

Я задохнулась. Это был… сложный вопрос, мягко говоря.

Я посмотрела за ее спину.

На лес.

На настоящую дверь между мирами.

Господи. Конечно, мне хотелось.

Как можно не хотеть увидеть другой мир. Шагнуть и оказаться там, где деревья растят дома, где воздух наверняка пахнет дождем и листьями, где люди… или не совсем люди живут в единении с природой, где прогресс пошел по совсем другому пути. Отправиться туда по собственному желанию, а не по чужой воле проклятого Хорна. Может быть, там я могла бы исчезнуть. Просто уйти вместе с Маррой и оставить позади фарфоровую лавку, страх, голод, Дрейка, Коллена, все эти чувства, в которых я увязала все сильнее…

Но тут я вспомнила свою мастерскую.

Белые тарелки. Краски. Теплый фарфор под пальцами. И тихий скрип открывающейся двери… Моей двери.

— Нет, — сказала я.

Марра решительно кивнула, словно заранее знала, что именно я отвечу. А потом вдруг обняла меня.

— Живи, Зоя, — прошептала она мне в макушку. — Не выживай. А живи по-настоящему.

Развернулась и бросилась к двери. На пороге на секунду остановилась, будто хотела оглянуться, но не оглянулась. Шагнула вперед — и лес принял ее сразу, как будто все эти семь лет только и ждал, когда она вернется. Колокольчики в траве зазвенели, ветви потянулись к ней навстречу, кто-то удивленно засмеялся во весь голос…

И дверь захлопнулась.

А я стояла посреди цветочной лавки с пустым узелком из синего платка в руках и никак не могла поверить, что только что помогла человеку вернуться домой. Сама же… сама осталась.

Я медленно выдохнула, пытаясь толком осознать произошедшее, как тут… лавка начала меняться.

Сначала я решила, что у меня просто кружится голова. Ну конечно, Зоя. Встреча с Колленом, ночь, беготня, разбитый горшок, дверь в другой мир, Марра наконец ушла домой — неудивительно, если организм решил: спасибо, с меня хватит потрясений, дальше досматривай кино без меня.

Но нет. Это была не слабость. Полки вдоль стены вдруг стали какими-то плоскими, будто кто-то стер с них… законы перспективы? глубину? объем? Дерево потеряло теплый живой оттенок, стало серым, матовым, похожим на плохо раскрашенную фанеру.