Книга Жестокие тайны, страница 54 – Морган Бриджес

— Mors solum initium, – произносит он.

Все рекруты повторяют за ним эту фразу, их глубокие бархатистые голоса звучат в унисон, эхом разносясь по поляне. Я знаю, что это латынь, но понятия не имею, как фраза переводится. И, если честно, не уверена, что хочу это знать.

Мужчина сцепляет руки за спиной.

— Сегодня мы оценим ваши навыки и умения. Но cовет этим не ограничится, мы оценим их также во время будущих Испытаний, а позже во всех сферах, где сочтем нужным. Трое лучших рекрутов сразу же станут воронами и получат право первыми выбирать задания. Эти невесты, – он кивает на нас, – мой подарок вам.

Я смотрю на него уничтожающим взглядом, даже не пытаясь скрыть злость, но Джун толкает меня плечом. Я оборачиваюсь. Наши взгляды встречаются, она глазами умоляет меня не высовываться.

— Во избежание заблуждений объясняю, – продолжает командующий. – Невеста никогда не станет женой ворона. Но она может стать наградой для рекрута. Она является отражением вашего статуса в иерархии и побед, которых вы добились благодаря своей силе, хитрости и упорству. То, как она себя ведет, – это ваше отражение. Связь эта временная, но она демонстрирует, как вы будете распоряжаться властью, когда впервые ее вкусите. А это, господа… – Наклонившись, он хватает меня за руку и рывком поднимает на ноги. – Этот вид власти – только начало.

Я пытаюсь вырваться, но командующий лишь крепче меня держит. Его пальцы впиваются в кружево и кожу. От боли я сквозь зубы втягиваю воздух, и мои легкие наполняет запах его одеколона. Дорогой, бархатный, но с резкой дымной ноткой.

— Если мы выберемся из леса, вы оставите нас в покое? – спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.

Он смеется. И его смех ядом проникает в мою кровь.

— Возможно, мораль не так много для меня значит, но у меня есть кодекс чести. Если вам удастся пересечь границу леса – вы уйдете. Будете свободны, но дадите клятву до конца жизни хранить молчание. А если нарушите ее, умрете.

— Я лучше поклянусь молчать всю жизнь, чем год буду в рабстве.

— Вот эту, – говорит командующий, встряхивая меня, – будет особенно приятно ломать, рекруты.

— Сначала им придется меня поймать! – огрызаюсь я так громко, чтобы все слышали.

Командующий дергает меня на себя, и я с силой ударяюсь грудью о его торс, отчего внутри все содрогается. Босые ноги скользят по траве в поисках опоры. Глядящие сквозь маску серые глаза пронзают меня, как нож, с кровью выворачивая наружу все мои слабые места.

— Один из них поймает тебя, невеста. И когда это случится, я с удовольствием посмотрю, как тебя приручают.

Меня тошнит от одного намека на то, что должно произойти. Я не до конца понимаю, что именно он имеет в виду, но это неважно. Я буду удирать, как долбаный Форрест Гамп, по крайней мере, попытаюсь – или сдохну.

Не успеваю ответить, как он уже отпускает меня. На мгновение теряю равновесие, но быстро восстанавливаю его, вскидываю подбородок и сверлю его взглядом. Он же, не обращая на меня внимания, снова переключается на новобранцев:

— Помните правила. Убивать нельзя. Все остальное допустимо.

Это он про нас? Или про них самих? Ни один вариант мне как-то не нравится.

Я возвращаюсь к Джун. Она смотрит на меня с откровенным ужасом на лице, а Бренда попросту вся дрожит. Хотела бы я найти слова, чтобы их успокоить, но в голову ничего не приходит. Я могу думать только о том, чтобы любой ценой избавиться от контракта.