Книга Жестокие тайны, страница 19 – Морган Бриджес

Мы, как и наши предшественники, элита и живем отдельно.

Над массивным камином висит герб Ордена Обсидиана. В центре – летящий ворон с распахнутыми крыльями. Он символизирует разум гильдии, ее таинственную природу и, разумеется, связь со смертью. Любой прошедший инициацию новобранец будет именоваться вороном.

Сейчас нас осталось только девять.

Бенджамин глубоко вздыхает, собираясь с духом. Я силой заставляю себя не шевелиться, хотя мне очень интересно, что он собирается поведать. Я давно ждал этого разговора, но Бенджамин за все годы ни разу не упоминал Делайлу.

— В этом году в университет поступает одна девушка, – наконец начинает он. – Делайла Скотт.

Я пожимаю плечами, делая вид, что мне плевать, хотя от одного ее имени у меня кровь закипает в жилах.

— И?

— Меня вызвали.

Бенджамин падает в кресло напротив, опирается локтями о стол и сцепляет пальцы. Смотрит на свои руки так, будто они в крови. Учитывая, что скоро ему предстоит кого-то убить, это практически так и есть.

— Впервые? – спрашиваю я.

Он опускает взгляд и кивает:

— Ага. А ты?

— Меня вызывали уже несколько раз.

— Черт!

— Мы же дали клятву. – Я склоняю голову к плечу. – Ты, видимо, не понял ту ее часть, где говорилось про «год воздержания».

Бенджамин сжимает пальцы до побелевших костяшек.

— У нас с ней не такие отношения.

— Но ты хочешь, чтобы они такими стали. – Я не спрашиваю, я утверждаю.

— Я не собираюсь нарушать клятву.

— Ладно, – вскидываю бровь я. – Орден особо внимательно следит за нами в выпускной год. Нас впервые посылают на задания. Поэтому-то на последнем курсе мы и обязаны соблюдать целибат. Они не хотят, чтобы мы все испортили, потому что думали членом. Если тебе все это ясно, зачем ты завел речь об этой девушке?

Бенджамин вскидывает голову и смотрит мне прямо в глаза:

— Для меня она самое важное в жизни.

— Опасные слова. – То же самое и я шептал в темноте, когда оставался наедине со своими мыслями о Делайле. – Таких ни один человек не стоит.

— Она стоит.

Не могу с ним не согласиться и все же уточняю:

— Почему?

— Мы одна семья.

— Твой род восходит к «Мэйфлауэру», она к твоим предкам не имеет никакого отношения.

Бенджамин качает головой:

— По крови мы не родственники, но она мне…

— Как сестра?

Он кивает, но не сразу – и я понимаю, что внутренне ему не хочется с этим утверждением соглашаться. Впрочем, это не важно. Она никогда ему не достанется.

Я убью его раньше.

— Почему ты именно сейчас о ней заговорил? – спрашиваю я.

— Ты же знаешь, когда рекрута вызывают, события могут повернуть в любую сторону. Я не могу сказать, сколько меня не будет в кампусе. И задание дастся мне гораздо проще, если я буду знать, что ты за ней присматриваешь.

Я, черт возьми, уже три года за ней присматриваю. Через несколько дней она окажется совсем близко, и мне будет невероятно сложно держаться от нее на расстоянии.

— Почему именно я? – уточняю я.

— Ты единственный, кому я могу доверить Делайлу, пока меня тут не будет.

Невысказанное так и искрит в воздухе между нами. Ее имя – как символ, значение которого ни один из нас не рискнет озвучить. Мы связаны этой девушкой, пускай и не самой прочной в мире связью.

— Ты поможешь мне? – спрашивает он, умоляюще глядя на меня. – Я должен быть в этом уверен до того, как уеду.