Книга Нефритовая лиса, страница 42 – Крис Велрайт

Ицин почувствовала, как внутри нее вспыхнуло непонятное чувство — разочарование, раздражение или может быть обида? Она глубоко вздохнула, слизав с проколотого пальца кровь и заговорила. Но ее голос теперь звучал иначе — ровно, почти отрешенно, будто она повторяла то, что ей кто-то однажды сказал:

— Значит, чтобы наладить дела семьи, у вас с отцом есть только один план? — Она подняла глаза, внимательно всматриваясь в лицо матери. — Продать собственную дочь?

Тай Дзяо не отреагировала сразу, но Ицин видела, как чуть дрогнули её губы.

— А что насчёт моего брата? Разве он не в состоянии содержать своих родителей? — она сделала паузу, чтобы ощутить, как напряглась ее мать. — Или дело в другом? Может, ты просто не хочешь зависеть от наложницы Фань? Ведь если мой брат станет главой семьи, то его мать превратится в самую важную женщину в доме. А твои покои переместят в еще более дальний угол поместья.

Раздался звонкий шлепок. Щёку обожгло.

Ицин застыла, будто очнувшись от сна. Она моргнула, пытаясь осознать, что только что сказала. Это было на нее совсем не похоже. В груди что-то сжалось, тугой узел боли и растерянности. Она вдруг почувствовала себя маленькой, глупой, самонадеянной девочкой, которая думает, что знает всё, но на самом деле не понимает ничего. И все же, почему-то в ее голове мелькнула и другая мысль. Чужая, но очень отчетливая:

«Мои слова угодили прямо в цель»

Всю ночь Ицин металась в постели, мучимая беспокойными снами. Казалось, словно невидимые нити, сотканные из морского тумана, опутывали её тело, затягивая обратно в ту ледяную глубину, из которой она с таким трудом вырвалась. То она падала в бездонное море, и тысячи бледных рук тянулись к ней из темноты, то снова ощущала на своей коже жгучий взгляд янтарных глаз.

Тенин осторожно прикасалась к её лбу, вновь и вновь меняя ткань, смоченную в целебном настое. Лёгкий аромат трав, смешанный с горечью свежего настоя, наполнял покои, но Ицин продолжала метаться, бормоча во сне что-то несвязное.

— Госпожа, успокойтесь… — шептала Тенин, сжимая влажную повязку в руках.

Но Ицин не слышала. Она тонула в своих снах, в образах, которые не понимала, но которые преследовали её с пугающей настойчивостью. Только к утру её дыхание стало ровнее. С первыми лучами солнца, пробившимися сквозь ставни и мягко коснувшимися её лица, кошмары растворились, словно тени, разбежавшиеся перед светом.

Она открыла глаза, тяжело моргнув, чувствуя себя так, словно вовсе не спала.

— Вы проснулись, госпожа? — голос Тенин был тихим, почти робким.

Ицин не сразу ответила. Её тело было налито усталостью, голова гудела, но больше всего её беспокоило другое — она не помнила, что именно снилось. Единственное, что осталось в сознании — ощущение холода. Она медленно села.

— Что-то случилось?

Тенин нерешительно опустила голову.

— Вы плохо спали, госпожа. Несколько раз звали кого-то во сне…

Ицин нахмурилась.

— Кого?

Служанка замялась, будто боялась сказать что-то лишнее.

— Я… не уверена, — наконец произнесла она. — Но… вы звали кого-то… или что-то. Может быть вам лучше выйти в сад? Позавтракать на свежем воздухе. Прохлада поможет прогнать тяжесть и успокоит мысли, госпожа.

Ицин нехотя согласилась. Несмотря на ужасное состояние, сидеть в четырёх стенах после ночных кошмаров было невыносимо.