Книга Преподаватель, страница 95 – Юлия Хокка

Упершись локтями в колени, я спрятала лицо в ладонях. Хотелось поплакать, но слез не было. Меня поглотила пустота – осталась одна апатия, ни вкуса к жизни, ни надежд. Видимо, Олег Сергеевич стал финальным ударом, который разрушил мой мрачный и хрупкий мир внутри.

После той ночи пары Шефера проходили ровно: мы никак не взаимодействовали, будто ничего и не было. Порой мозг подкидывал обрывки теплых воспоминания о каких-то совместных моментах, но я прогоняла их прочь. На перерыве между прошлыми лекциями я снова едва не влетела в Олега Сергеевича на лестнице, но он лишь спокойно отодвинул меня за плечи, бросив холодное «осторожнее», и пошел дальше, ни разу не обернувшись. Безразличие ранило сильнее агрессии, но стоило просто это принять. Он – мой преподаватель, я – его студентка, и это единственное, что нас связывало.

Тест, который он раздал позже, я сделала на отстань – написала какую-то ерунду и выбрала варианты ответов случайным образом. Сдала работу я одной из первых и сразу же вышла из аудитории.

Подруги заметили изменения: Настя, Алена и даже Яна не раз спрашивали, почему я такая грустная и что случилось. Постоянным ответом им служило дежурное: «Все нормально». Только Маша знала, что произошло на самом деле. Мы обсудили эту ситуацию, и даже она признала, что действительно лучше на все забить, забыть и отпустить.

Мама опять начала не просыхая пить вместе со своим сожителем, тетя уехала в отпуск, а бабушка пребывала в плохом настроении на постоянной основе. Серая полоса закончилась, и началась черная. Даже с Машкой мы почти не виделись: она постоянно где-то пропадала со своим парнем.

Ладно, прорвемся. Наверное.

С трудом встав на ноги, я поплелась в комнату. Несмотря на полное безразличие к себе и учебе, пары я не пропускала. Лекции порой не слушала и задания не делала, но в университет приезжала исправно, как образцовая студентка. Вот и завтра следовало встать к первой паре.

Телефон в руке завибрировал. Я упала на кровать и взглянула на экран.

Антон

Не хочешь прогуляться? Маша с Артемом свалили же опять, делать нечего.

Внезапно. Мы даже толком не разговаривали никогда. С чего бы такое внимание? Я безразлично напечатала ответ, пробежав пальцами по клавиатуре.

Олеся

А остальные пацаны из вашей компании тоже куда-то свалили?

Парень ответил сразу.

Антон

Нет, но не хочу тусить с ними. Пойдешь?

Олеся

Уже поздно, я спать собираюсь. Мне завтра на учебу рано ехать.

Антон

Ну погнали завтра после учебы?

Зачем ему это? Даже заинтриговал. Не воспылал же он ко мне внезапно высокими чувствами? Сама не понимая почему, я согласилась.

Олеся

Ладно, давай завтра в семь, на повороте к моему дому. Только не подходи к подъезду – не хочу, чтобы бабушка вопросы задавала.

Наушники, к огромному сожалению, остались дома, и по пути на учебу пришлось слушать чужие разговоры и собственные мысли вместо музыки. Трясясь в тамбуре электрички, я привалилась к стене и смотрела в окно двери: сначала мимо пронесся один городок, затем другой – более развитый, чем наш. Рядом стояли две девочки, судя по разговору, тоже студентки. Их болтовня меня мало интересовала, но потом одна фраза, сказанная уже почти перед самым выходом, зацепила мое внимание.

— Я вот думаю бросить все и уехать в Питер, – поделилась с подругой кудрявая рыженькая девушка. – Начну все сначала. Там ни одного знакомого, творческие люди и Финский залив! А мне море снится.