Книга Преподаватель, страница 127 – Юлия Хокка

— Извините, она просто меня довела! – жалобно воскликнула Злата, в мгновение ока нацепив на себя маску слабой и безобидной девочки.

— Во-первых, извиняйтесь перед Лесей, а не передо мной. Во-вторых, никогда нельзя поднимать руку на человека. Учитесь решать вопрос словами.

Шефер развернулся ко мне.

«Не уходи», – мысленно попросила я, глядя в его глаза.

— Все в порядке? – поинтересовался он.

— Да, – я продолжала смотреть на него, – извините, что устроили эту перепалку при вас, Олег Сергеевич.

В деканат внезапно заскочила Маринка. Под влиянием напряженной обстановки от неожиданности я дернулась. Шефер тут же отодвинул меня за талию от входа в сторону и одновременно чуть ближе к себе.

— Что тут происходит? – удивленно уставившись на нас, спросила Рубинова. – Злата, тебя ждать? Вы еще долго?

Но Филиппова ответить не успела.

— Здравствуйте, – произнесла Ксения Витальевна, войдя в кабинет. Выглядела она, как обычно, великолепно. Судя по выражению лица, Олег Сергеевич это тоже заметил.

— Здравствуйте, – отозвался он, – впрочем, я уже убегаю. Так что, – преподаватель шагнул за курткой, – до свидания.

— До свидания, – тихо произнесла я.

— Хорошего вам дня, – лучезарно улыбнулась Маринка.

Ксения Витальевна коротко кивнула.

— Так, сразу хочу сказать, – она выразительно посмотрела сначала на меня, потом на Злату, – слушать объяснения, копаться в этой ситуации, регулировать ваши отношения я не хочу. Так что давайте просто разделим обязанности и решим вопрос с деньгами.

Шефер покинул кабинет. Рубинова осталась стоять, хищно косясь на меня.

— Я хочу отказаться от этих денег. Не хочу больше ни с кем связываться, я не из-за них здесь, – тут же заявила я.

— Так, подождите…

С помощью старшего преподавателя конфликт более-менее уладился. Мы разделили обязанности: теперь за мной был деканат, в частности ведомости и мелкие поручения, а все остальное досталось Злате. В сущности, ничего не изменилось. Деньги договорились делить все же один к двум – треть мне, остальное старосте. Хотя она не заслуживала и половины – ставить «н», писать в чат никому не нужную информацию и грубить всем подряд большого труда не составляло.

Естественно, Филиппова снова стала притворяться ангелом в глазах Ксении Витальевны, я же тихо стояла, особо ничего не говоря. И только когда подружки свалили, сказала преподавательнице, что я ничего не вымогала, что помогаю ей не из-за денег и что мне очень жаль, что пришлось втянуть ее в это.

Кажется, она не изменила своего отношения ко мне, а конкретно в произошедшей ситуации держала нейтралитет. Что ж, тут можно было выдохнуть.

Оставалось только следить за журналом, по-другому староста, скорее всего, никак не могла мне отомстить.

Приехав домой, я села готовиться к предстоящей конференции, однако мысли то и дело возвращались к произошедшему на паре и после нее. Снова Шефер атаковал мое сознание.

«Чтобы возбудить синапс? Серьезно, Олесь?»– мысленно спросила я сама себя и усмехнулась.

Шел дождь. Капли стекали по запачканному стеклу, делая серую и мрачную картину за окном электрички размытой. Еще вчера на земле лежал слой снега, а сегодня уже лило как из ведра. Я сидела в наушниках без музыки и, уткнувшись в распечатанный текст доклада на конференцию, нервно теребила края листов. Дыхание сбивалось от одной только мысли о выступлении перед аудиторией.