Онлайн книга «Только рядом»
|
Не в силах больше смотреть на него, отвожу взгляд. Мне стыдно, но одновременно кажется, что огромный камень наконец-то свалился с моей души и теперь я могу спокойно дышать. Это нужно было сделать, теперь между нами нет тайн. Я пойму, если после этого он больше не захочет со мной общаться. Но лучше так, чем жить во лжи. Между нами воцаряется молчание. Каждый думает о своем. — Понятно… — наконец говорит он хрипло, а потом вскидывает голову и смотрит на меня. — Скажи только одно, ответь на этот вопрос. Мне важно знать. Только не ври. Ты любила меня? Справедливый вопрос, но мой ответ может ударить по нему очень болезненно. Но я скажу правду. — Мне кажется, нет. Это была привязанность, дружба, но не любовь, — так же хрипло отвечаю я. — Прости… — А я любил… Тоже удар, но только по мне. Я не заслуживаю его любви. Прошлое так и не отпустило меня. Он не отпустил свою куклу. И надеюсь, что Филипп найдет ту, которая искренне ответит на его чувства. Больше он ничего не говорит. Молча уходит, захлопывая за собой дверь. Громко, так что звук отдается у меня где-то в сердце. Все. Ночь. Оглушительный звон моего телефона, кажется, разливается по всей квартире, давит на нервы, и спросонья я сначала пугаюсь. Быстро хватаю телефон, который слепит мне глаза. Номер незнакомый. Кто это? — Слушаю, — хрипло отвечаю я. — Доброй ночи, Ангелина Олеговна? — слышу незнакомый женский голос. — Да, это я. Неосознанно у меня начинают дорожать руки и быстро бьется сердце. Что-то случилось, я физически ощущаю это. — Это частная городская больница номер семь. Меня просили позвонить вам, — женщина замолкает, и в это время у меня проносится в голове сотня мыслей о том, что она может сказать. И она озвучивает самое страшное: — Сожалеем, час назад Веровский Николай Федорович скончался от остановки сердца… И в этот момент мое сердце тоже останавливается… Глава 19 — Это частная городская больница номер семь. Меня просили позвонить вам, — женщина замолкает, и в это время у меня проносится в голове сотня мыслей о том, что она может сказать. И она озвучивает самое страшное: — Сожалеем, час назад Веровский Николай Федорович скончался от остановки сердца… И в этот момент мое сердце тоже останавливается. Его вырывают из груди, без анестезии. Чтобы сжечь, а пепел развеять над океаном. Телефон падает, ударяясь об пол, слышен треск стекла. Больно, мне слишком больно. Слезы начинают выступать на глазах от осознания того, что я больше не увижу дорогого мне человека. Я не могу нормально дышать, я словно задыхаюсь, особенно когда перед глазами мелькает лицо Николая Федоровича. Я больше никогда не увижу его, не поговорю, он не посмотрит на меня своим спокойным взглядом. Только сейчас понимаю, что у меня даже нет его фотографии. Я плачу надрывно, словно раненое животное, ведь так оно и есть. Ты никогда не знаешь, когда человека настигнет смерть. И я жалею, что не сказала многое, ведь за все это короткое время он будто стал мне отцом, которого у меня никогда не было. Родным человеком, к которому я привязалась! Все это с болью отдается в моем сердце. Я лежу в кровати, скрючившись. Звонит мой телефон, но я не хочу никого слышать, мир словно остановился для меня. Из-за слез я почти ничего не вижу, не соображаю. Начинает болеть голова, а я так и не могу успокоиться. Не знаю, сколько проходит времени, когда я слышу настойчивый звонок в дверь. Хочу прокричать, чтобы тот, кто там пришел, убирался. |