Книга Связанные любовью, страница 139 – Кора Рейли

Лука заметил ее одновременно со мной. Его глаза неотрывно следили за ней. Так вот как он хотел наказать меня!

— Он не посмеет, – прошипела Джианна.

Сквозь шум в ушах я услышала слова Маттео:

— Не станет.

Грейс подошла к Луке с сексуальной улыбкой, и он ухмыльнулся. Я помнила этот взгляд с его фото холостяцких времен – он смотрел как мужчина, который знает, что предложить, и который берет все, что предлагает ему женщина.

Меня сильно затошнило. Я развернулась на каблуках и поспешила в ванную в конце коридора. Я едва успела закрыть дверь и добежать до туалета, как меня вырвало. Меня рвало так сильно, что в желудке ничего не осталось. Бисеринки пота выступили на моем лбу. Я потянулась дрожащими пальцами к кнопке смыва.

Через несколько мгновений Джианна мягко постучала в дверь.

— Ария, впусти меня.

Я уставилась в зеркало и коснулась живота.

— Ария, пожалуйста, дай мне помочь тебе.

Она не могла помочь. Это была битва, в которой я могла выиграть только одна, потому что это было сражение с собственным сердцем.

Слова Луки, произнесенные несколько недель назад, всплыли в моем сознании: «Между нами все кончено».

Да, кончено.

ЛУКА

Грейс кружила вокруг меня слово стервятник. Она вышла за какого-то старого ублюдка с миллионами долларов на счету, но все так же трахала меня глазами, как и прежде.

— Неужели ты уже заскучал со своей женушкой? Я говорила, что она не сможет удовлетворить тебя.

— Не говори о ней, – предостерег я ее. Она, казалось, забыла о моем прежнем предупреждении.

Маттео приподнял бровь, бросая на меня взгляд через всю комнату. Я нигде не видел ни Арию, ни Джианну и был блядски этому рад. Ария в своем молочном платье выглядела словно гребанный ангел. Она по-прежнему оставалась моей слабостью.

— Я здесь не для того, чтобы разговаривать, не переживай, – мурлыкнула Грейс. Мой взгляд бы прикован к ее декольте.

— И для чего же ты тогда здесь? – спросил я, узогнув губы в улыбке.

— Трахаться, – улыбнулась она. – Идем, Лука.

Я шел в нескольких шагах позади нее, мои глаза смотрели на ее виляющуюзадницу. Она вела меня в свою бывшую спальню, комнату, в которой у меня было много неплохих воспоминаний.

Грейс закрыла дверь и обернулась ко мне, облизывая губы.

— О, я скучала по твоему члену, Лука, – пропела она, когда подошла ко мне и потянулась, чтобы поцеловать.

— Никаких поцелуев, – прорычал я, глядя на нее. Она надулась, но не стала пытаться еще раз. Мне никогда не нравилось целовать ее, а теперь еще меньше, чем когда-либо.

Ее длинный ногти прошлись, царапая, по моей груди, а затем ниже. Мне пришлось подавить желание отпихнуть ее руку. На этот раз член на нее не стоял. Ее прикосновения вообще-то были отвратительными.

Смущение мелькнуло на ее лице, затем она попыталась улыбнуться.

— Играешь в недотрогу?

— Ну хоть кто-то из нас должен же, – пробормотал я, ненавидя ее и ненавидя себя.

Она вспыхнула, но моя грубость ее не остановила. Она встала на колени, состроив невинное лицо. Это выглядело блядски ненатурально. И это возымело на меня обратный эффект – не тот, на который она рассчитывала. Я помнил невинные улыбки Арии, ее невинные прикосновения во время нашей с ней близости. Ария. Блядь! Всегда Ария.

Затем я припомнил последний раз, когда она брала мой член в рот, ее идеальные губы, ее поддразнивания. Мне то, насколько увереннее она стала вести себя в постели в последние годы. Я любил ее запах, ее вкус, шелковистую кожу. На хер все это! Я, блядь, любил в ней все! Но больше всего ее смех, и улыбки, и то, как она смотрела на меня с любовью и доверием.