Книга Связанные любовью, страница 131 – Кора Рейли

— Так ты поможешь мне допрашивать этого ублюдка?

Я усмехнулся.

— Конечно.

Маттео нахмурился.

— Я правда не знаю, понимаешь ли ты то, что я тебе говорю.

— О, я все понимаю, – тихо ответил я. – Ария отправилась в Чикаго за моей спиной. Это факт. А то, что она не изменяла, да кому это важно?

Гребанная ложь! Даже мысль о том, что Ария была с кем-то другим, ранила так, что болело сердце.

Слабость. Никогда еще в своей жизни я не был так слаб! Ария была слабостью, которую я не мог себе позволить.

Маттео показал головой.

— Как скажешь. Завтра мы поговорим с этим фотографом. Может, завтра ты станешь терпимее.

* * *

Орацио кивнул мне, пока я пожимал ему руку. Он был лишь на пару дюймов ниже меня. И можно было безошибочно сказать, что он был родственником Валентины. Такие же глаза, такой же цвет волос. По крайней мере, он не заискивал перед Данте.

Данте. Моя кровь вскипела при мысли о нем, о том, что он касался Арии, о том, что его губы были так близко от его лица, а его рука оказалась между ее ног.

Маттео толкнул меня.

— Ты перестанешь так делать, черт возьми? Я не могу позволить тебе устроить новую резню с трупами.

— Почему же? Уверен, что это заткнет множество наших врагов.

Маттео покачал головой, потом повернулся к Орацио, который слушал с легким интересом.

— Где этот ублюдок? – спросил Маттео.

— В багажнике. Нассал в штаны. Потому я не захотел, чтобы он сидел в салоне, – произнес Орацио. Он повел нас к своему BMW и открыл багажник. Низкорослый, толстый чувак лет тридцати весь сжался внутри. Он вонял мочой, дерьмом и потом. Он моргнул, глядя на нас слезящимися глазами, его рот был заклеен.

Я схватил его за горло и вытащил оттуда, а затем швырнул на землю. Позади нас в небо поднималось здание старой электростанции в Йонкерсе. Врата в Ад.

Я улыбнулся, глядя на хнычущего мужика. Он смотрел на меня так, будто бы я был самим дьяволом.

— Так это ты сделал фотки? – прорычал я, присаживаясь рядом с мужиком и доставая нож. Я сдернул скотч с его рта, чтобы он мог говорить, но на самом деле я жаждал другого – чтобы он орал.

Его глаза с ужасом разглядывали лезвие.

— Прошу! Я сделал лишь то, за что мне заплатили. Я не хотел никому навредить.

Моя улыбка стала шире. Я был тем, кем мне было предназначено стать. Грубым. Жестоким. Беспощадным. Не тем эмоциональным хлюпиком, в которого превратила меня Ария.

Чаще всего я позволял Маттео руководить пытками, потому что здесь он был мастер. Ему нравилось играть с жертвами. Я предпочитал убивать. Но не сегодня. Орацио и Маттео стояли позади, пока я разбирался с фотографом. Он раскрыл свой последний секрет задолго до того, как я воткнул нож в его гребанное сердце и обеспечил ему смерть. Долгое время после этого стояла тишина, пока я пытался взять контроль над своей яростью.

Данте позволил фотографу сделать эти фотографии и отправить их мне, потому что знал, что Ария была моей слабостью. Он надеялся, что я слечу с катушек, надеялся, что я впаду в неистовство, может, даже нападу на Чикаго. Я не знал, что он на самом деле задумал.

Орацио прочистил горло.

— Я также выяснил вчера, что Готтардо и Эрмано связывались несколько недель назад с Данте, чтобы помочь ему сокрушить тебя. Данте отнесся к этому настороженно. Он думал, что это ловушка, но на вчерашней встрече Скудери убедил его довериться им.