Книга Связанные любовью, страница 126 – Кора Рейли

Я присела на диван, туда, где прежде сидел Лука. Обивка все еще была теплой. Я коснулась живота и расплакалась. Плакала потому, что скорее всего уничтожила нашу любовь. То, что Лука позволил себе полюбить меня, было чудом. Что, если я потеряла его навсегда?

* * *

Я все еще сидела на том же месте, когда через пару часов осторожно вошел в гостиную Маттео. Он нажал на кнопку, чтобы раздвинуть шторы, и свет заполонил комнату. Я пару раз моргнула, но мои веки налились свинцом. Я медленно убрала ладонь с живота.

— Он не убил тебя, – произнес Маттео. Его голос не выдавал эмоций. Чертами лица он походил на Луку, но Маттео был словно очаровашка с постера, тогда как Лука весь состоял из жестких линий, хотя он был безусловно красив. Но он был достаточно похож на Луку, чтобы мое сердце сжалось от горя.

Он подошел ко мне, его глаза осматривали кровь на моей одежде, на диване и на полу.

— Тебе нужен врач?

— Это не моя кровь, – хрипло прошептала я.

Какое-то время Маттео ничего не говорил, просто смотрел.

— Вынудила его истекать кровью. Для женщины у тебя это неплохо получается.

Я подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Мои глаза горели от непролитых слез, но я больше не могла плакать. Я рыдала несколько часов. Я поднялась, ноги дрожали. Я ухватилась за руку Маттео. Он позволил мне это сделать, лишь холодно наблюдая за мной.

— Маттео, я ничего не сделала. Я клянусь моей жизнью. Клянусь моим… – я прервалась. Я едва не сказала «ребенком». – Прошу, помоги мне. Помоги мне сделать так, чтобы Лука увидел правду.

— Фотографии.

— На фото я с Данте в ресторане и машине. Мы разговаривали. Он раздумывал о том, стоит ли использовать меня в качестве рычага давления на Семью. Вот и все.

— Тогда почему он отпустил тебя, Ария. Почему?

Я посмотрела на Маттео. Я не могла рассказать ему о ребенке, я даже Луке не говорила.

— Потому что в нем оказалась хоть капля порядочности.

Мрачная улыбка исказила его губы.

— Да ладно?

— Позвони Данте, позвони Валентине. Они скажут тебе то же самое.

— Будто их слова хоть что-то значат. Мы – враги. Ты же об этом помнишь, да?

— Тогда найди того, кто сделал фото. Вероятно, у него куда больше кадров, которые докажут мою невиновность. Не странно ли, что Луке прислали только те фото, на которых кажется, что я изменяю ему? Вероятно, кто-то хочет ослабить Луку, разрушив наш брак. Скорее всего, это проделки Синдиката или кого-то из Семьи.

Было похоже, что Маттео всерьез это обдумывал.

— А ты на самом деле думаешь, что Луке для того, чтобы быть сильным, нужна ты? Ты думаешь, что они смогут ослабить Семью, разрушив твой брак с моим братом?

Я хотела сказать «да», но я больше ни в чем не была уверена. Я была так сломлена и растеряна!

— Я бы с радостью умерла за Луку, – пробормотала я. – Я люблю его больше всего на свете.

За исключением растущего во мне ребенка. Нашего ребенка.

— Тогда, может, тебе стоит взять этот нож и покончить с собой.

Я была шокирована.

— Ты думаешь, что ему будет лучше без меня? Лука любит меня.

Или любил? Мое сердце сжалось от такой острой боли, что я чуть не рухнула на пол.

— Он бы стал таким, каким был до тебя. Он был бы тем самым монстром, которым ему нужно быть, чтобы править Нью-Йорком. Лишь малая часть Луки была способна на любовь, но, похоже, ты убила ее.