Книга Зодиак. По следам зла, страница 89 – Андрей Залевский

Чудовищная неграмотность убийцы не была реальной. Это была осознанная стилистическая симуляция. Искусный лингвистический камуфляж. На профессиональном жаргоне этот процесс называется «workshopping» — преднамеренное, кропотливое конструирование ложного образа через текст.

Зодиак намеренно играл роль «сумасшедшего маргинала». Он сидел за своим столом, возможно, с черновиком, и специально вносил фонетические искажения в простые слова. Замена «s» на «c» в слове «paradice» — это классическая ошибка, которую образованный человек часто использует, когда пытается имитировать необразованность. Это ошибка «от ума», а не от незнания. Использование «Christmass» с двумя «s» выглядело как нарочитая, гротескная насмешка, попытка визуально усилить «глупость» написанного.

Зачем серийному убийце тратить столько усилий на лингвистическую мистификацию? Аналитики ФБР выдвинули две взаимосвязанные теории, которые полностью переворачивали представление о противнике.

Первая причина была сугубо прагматичной — маскировка и дезориентация. Серийные убийцы, особенно те, кто вступает в игру с прессой, маниакально боятся быть разоблаченными через свои тексты. Зодиак понимал, что его почерк, стиль изложения, выбор слов — это такая же улика, как отпечаток пальца. Искажая свою орфографию, он сбивал с толку полицию, заставляя детективов искать преступника в совершенно неправильной социальной и демографической страте. Пока сотни патрульных и следователей отрабатывали списки бывших заключенных, портовых грузчиков, безработных и людей с психическими отклонениями в клиниках, настоящий убийца мог спокойно работать бухгалтером, инженером, клерком в архиве или учителем. Он воздвиг между собой и следствием стену из ложных социальных стереотипов.

Вторая причина скрывалась в самых темных, недрах его патологического нарциссизма. Зодиак не просто убивал людей. Он убивал правду. Он испытывал физиологическое наслаждение от того, что обманывает систему правосудия на всех уровнях. Для него было мало расстрелять таксиста и ускользнуть от полиции в парке Пресидио. Ему нужно было доказать свое интеллектуальное превосходство.

Создавая образ примитивного, неграмотного монстра, он тем самым возвышал своего истинного, скрытого «Я». Это была сложная психологическая игра: он, будучи человеком эрудированным (как теперь предполагали профилировщики), смотрел сверху вниз на опытных инспекторов, детективов и журналистов, которые всерьез обсуждали его «ошибки». Он глумился над ними. Каждое «paradice» и «anamal», напечатанное на первых полосах San Francisco Chronicle, было для него актом высшего садистского триумфа. Он заставил интеллектуальную элиту города поверить в нарисованную им карикатуру.

Осознание этого факта вызвало в рядах полиции смесь восхищения перед хитростью врага и жгучей злости на собственную доверчивость. Детективы Дэйв Тоски и Билл Армстронг поняли, что письма нужно читать заново. Не как исповедь психопата, а как театральную пьесу, в которой каждое слово написано с целью манипуляции.

Анализ почерка также подтверждал эту гипотезу. Графологи отметили, что буквы выведены с чрезмерным, неестественным старанием. Человек не пишет так в обычной жизни. Тяжелый нажим, раздельное написание каждой буквы, печатный стиль — все это свидетельствовало о том, что автор писем жестко контролировал моторику руки, сознательно искажая свой естественный почерк. Письмо для него было таким же актом создания маски, как и шитье черного капюшона с белым крестом для бойни на озере Берриесса.