Книга Зодиак. По следам зла, страница 64 – Андрей Залевский

Пресидио Хайтс — это район, где тишина считается признаком статуса. В субботний вечер одиннадцатого октября 1969 года улицы здесь были погружены в аристократическое спокойствие. Окна эдвардианских особняков светились теплым светом, из-за тяжелых портьер не доносилось ни звука, а редкие автомобили проезжали по широким аллеям с почтительным шелестом. В этом анклаве старых денег и благополучия насилие казалось чем-то из параллельной реальности, сюжетом из вечерних новостей о неблагополучных гетто, но никак не фактом собственной жизни.

В большом угловом доме на пересечении Вашингтон-стрит и Черри-стрит, прямо напротив яркого уличного фонаря, на втором этаже находилась просторная комната. В ней тем вечером собрались трое подростков из семьи Роббинс. Они сидели в полумраке, отдыхая и болтая, когда привычную, идеальную тишину престижного квартала нарушил звук.

21:55

Это не было похоже на типичный пистолетный выстрел, который они слышали в кино. Это был глухой, резкий хлопок, за которым последовал странный, влажный стук. В любом другом районе Сан-Франциско на такой звук никто бы даже не обратил внимания, списав его на лопнувшую шину, петарду или выхлоп старого двигателя. Но в Пресидио Хайтс любая аномалия инстинктивно притягивает взгляд.

Один из подростков встал и подошел к большому окну, выходящему на перекресток. Двое других присоединились к нему.

Прямо под ними, залитое холодным, почти хирургическим светом мощного уличного фонаря, стояло желтое такси компании Yellow Cab. Машина остановилась неаккуратно, чуть в стороне от бордюра. Ее двигатель, судя по выхлопу в прохладном ночном воздухе, все еще работал, а фары были включены. Контраст ярко-желтого металла с темным асфальтом делал автомобиль похожим на декорацию, выставленную в центре театральной сцены.

С высоты второго этажа, находясь всего в нескольких десятках футов от машины, подростки получили идеальную, ничем не перекрытую точку обзора. Свет фонаря пробивал стекла такси насквозь.

Сначала им показалось, что внутри происходит какая-то нелепая потасовка. Крупная фигура пассажира неуклюже переваливалась с заднего сиденья на переднее.

— Что там происходит? — шепотом спросил один из подростков, прижимаясь лбом к холодному стеклу. — Драка? Пьяный клиент?

Они напрягли зрение, пытаясь осмыслить сцену. Но по мере того, как их глаза адаптировались к резкому свету, иллюзия бытового конфликта начала рассыпаться, обнажая леденящую кровь реальность.

21:56

Водитель такси не сопротивлялся. Он лежал неестественно и тяжело, перевалившись на правый бок. Его голова покоилась на пассажирском сиденье.

Грузный мужчина, окончательно перебравшийся вперед, не пытался бить его или душить. Вместо этого он сделал то, от чего у свидетелей в окне перехватило дыхание. Мужчина сел, подтянул к себе обмякшее тело таксиста и совершенно будничным, спокойным движением уложил его окровавленную голову себе на колени.

В этот момент свет фонаря выхватил лицо преступника.

Подростки инстинктивно подались назад, словно боясь, что этот человек может поднять взгляд и увидеть их сквозь стекло. Но убийца был полностью поглощен своей работой.

Это был коренастый, плотно сбитый белый мужчина. В его фигуре чувствовалась тяжелая, медвежья сила. На нем была темная куртка — возможно, синяя или черная парка, — под которой виднелась темная одежда. Лицо было круглым, мясистым. На носу сидели очки в тяжелой темной оправе, из-за чего он был похож на строгого школьного учителя или клерка средней руки. Волосы были светлыми, с рыжеватым отливом, и коротко подстрижены в классический «ежик».