Книга Храмы веселья, страница 176 – Кейт Аткинсон

Памела сдалась и потопала прочь. Рамзи казалось, что она слишком легко признала поражение. Он был рад, что избежал ее ухаживаний, но ему хотелось бы думать, что, будь он неравнодушен к кому-нибудь, он бы не сдался без борьбы.

— Ничего я не твой. И не твой тоже, – раздраженно сказал Рамзи, пока Куинн помогал ему подняться на ноги.

— Нет, ты прав, Кокер, ты не мой и не ее, – сказал Куинн. – Ты собственность Аццопарди.

* * *

— Как безумен род людской^[113], а, Кокер? – сказал Куинн, когда они закуривали на краю площади.

— Почему ты одет матадором? Дресс-код был «младенец».

— Я потом иду в другое место, где будут взрослые.

— Кстати, о взрослых, Куинн, скажи, пожалуйста, почему ты бросил меня в «катране» на прошлой неделе? Мне любопытно, как это ты работаешь на побегушках у Аццопарди. Как лакей. Или комнатная собачка. Что это было – мальтиец заплатил тебе, чтобы ты притащил меня в Белгравию?

Куинн сохранял невозмутимость. Его было трудно оскорбить: он, казалось, воспринимал все слова Рамзи как комплимент.

— Я думаю, вся эта тема со злодейским преступным миром довольно заманчива, тебе не кажется? Аж до мурашек! – Он притворно задрожал, как бездарный актер. – Особенно если использовать это в романе.

Он сделал паузу, чтобы гарантированно произвести впечатление на Рамзи.

— Как я и сделал, знаешь ли.

«Нет!!!» – беззвучно взвыл Рамзи. У Куинна не было никаких прав на преступный мир, никакого понимания его, тогда как Рамзи жил в этом мире еженощно. Владел им. Но Рамзи ничего не сказал. Он не доставит Куинну удовольствия своим возмущением.

— Или для разоблачительной статьи, – беспечно продолжал Куинн. – «Таймс» заказала мне большую статью – у меня в редакции связи. «Злодеи, правящие лондонским преступным миром» – что-то в этом роде. Серьезная журналистика.

— Ты – серьезный журналист?

— Каждый из нас к чему-нибудь да стремится. Некоторые цели более достижимы, чем другие. Посмотри на себя, ты вот надеешься стать модным писателем. Удачи, что я могу сказать. – Куинн расхохотался и приобнял Рамзи за плечи. Рамзи раздраженно стряхнул его руку.

— Так твой роман приняло издательство? – Рамзи решительно отказывался произносить дурацкое название.

— Нет, его никто не видел, ни единая душа. Я ни за что не сдам недоработанный текст. Он лежит на моем столе, ожидая финальной шлифовки. Это не проблема, он гениален, хоть себя хвалить не принято. Ты не сказал, нравится тебе мой костюм? Он называется traje de luces – «костюм огней». Ты бывал в Испании, Кокер? Ведь не бывал, да? Кстати, когда я был в Париже, у меня вышел интересный разговор о корриде с одним американским чуваком, фамилия Хемингуэй, он журналист и пишет рассказы. У него в этом году выходит роман, весь про los toros^[114], к нему стоит приглядеться, он прославится…

— Иди в задницу!

— Вообще-то, я должен передать тебе сообщение от Аццопарди, – невозмутимо сказал Куинн. – Он тебя ищет.

— Небось денег хочет, – уныло сказал Рамзи.

— Это было бы слишком банально.

— Что тогда?

— Не знаю. Какой-то фант.

— Фант? Что это значит?

— Тебя, я полагаю, Кокер. Он, вероятно, хочет тебя. Ну, знаешь – старая королева желает пощупать молодого принца. Наверное, просто провести с тобой ночь в качестве оплаты.

Циничная маска Куинна соскользнула на миг, и открылось страдальческое лицо. Неужели Аццопарди имеет власть и над ним тоже? У Куинна странные вкусы, – возможно, Аццопарди помогает ему их утолить. Или шантажирует. Такой человек, как Куинн, прямо-таки напрашивается на шантаж.