Книга Янтарное лето, страница 49 – Мидзуки Цудзимура

Все еще сжимая в руке пульт, Норико придвинулась поближе, не отрывая взгляда от телевизора. Родник мог промелькнуть рядом с фабрикой в любую секунду. Но его так и не показали. Изображение снова переключилось. Увидев следующий кадр, она даже дышать перестала.

На экране показали участок, накрытый голубым виниловым листом.

В ту секунду, как Норико увидела его, новость из телевизора наконец-то окончательно дошла до ее сознания и даже как будто обрела вес.

Найден скелет девочки.

Там ее и обнаружили.

Скелет закрыли виниловым листом, хотя вокруг не было никаких построек. А даже если бы и были, она не смогла бы как следует распознать их, ведь все это – дела давно минувших, детских дней. Правда, фабрику она определила сразу. Интуитивно, не иначе.

А это разве не Площадь?

Стоило только этой мысли прийти ей в голову, и Норико тут же почувствовала, как кровь отлила от лица.

— Что-то случилось? Телевизор так громко работает, – окликнул ее муж.

Норико и не заметила, как смех игравшей в соседней комнате Айко смолк. Она стояла подле Норико, сжимая штанину отца и пристально вглядываясь в ее лицо.

— Я там…

— Что?

— Я там была.

Она указала пальцем на экран. Муж Норико, Эйдзи, тоже был юристом – они познакомились, когда проходили вместе практику.

— Да ладно? – Эйдзи прищурился.

— Я ездила туда. В их лагерь, когда была маленькой. Каждое лето, на протяжении трех лет.

— А это что же… Те, которые водой занимались?

Эйдзи наконец начал что-то понимать, переводя взгляд с телевизора на Норико. Та кивнула. И вместе с этим ощутила какую-то неясную тревогу. Даже сразу не догадалась почему.

Передача продолжалась. В вечерней студии частной новостной программы собралось трое известных ведущих. Сейчас говорил университетский профессор – он нередко мелькает на телевидении, когда дело касается вопросов религии, вот и теперь его попросили прокомментировать события.

— Зариновая атака в токийском метро тысяча девятьсот девяносто пятого значительно изменила восприятие сект в Японии. А потом еще и этот инцидент с загрязненной водой из «Школы будущего». Что происходило здесь, за этими закрытыми дверями? Мы даже представить себе не в состоянии…

— Эй, погоди-ка! Ты раньше об этом не рассказывала, – сказал, не дослушав его, Эйдзи.

Он словно бы растерялся, а уголки рта у него почему-то подрагивали. Как будто он еле удерживается от смеха.

— Как ты вообще туда попала?

— Подружка пригласила, – с ошарашенным видом произнесла в ответ Норико.

Вплоть до сегодняшнего дня – пока она не услышала это название, «Школа будущего», с экрана телевизора – Норико и в самом деле совершенно ничего не помнила. И даже не осознавала этого. И в том, что она ничего не рассказала мужу, тоже не было никакого умысла. Она не то чтобы скрыла от него правду – ей в принципе не пришло в голову заговорить об этом в какой-то момент.

Она посещала «Школу будущего» каждый год с четвертого по шестой класс. Проводила там неделю во время летних каникул. Тогда это было для нее чем-то важным, но до этого момента она об этом и не думала. А теперь в ее сознании как будто отворилась дверь. Она начала вспоминать.

Первыми в памяти всплыли Мика и Сигэру.

Эта бледно-розовая почтовая бумага – кажется, ее дал кто-то из взрослых. Норико в какой-то момент перестала писать письма.