Книга Ночь в замке, страница 124 – Вероника Генри

Спохватившись, что на сборы осталось всего двадцать минут, Лизмей запрыгнула в ванну и наспех ополоснулась, затем, завернутая в полотенце, направилась к ящику с нижним бельем. Некоторое время она стояла, рассматривая его содержимое. В самом дальнем углу лежал маленький пакетик, обернутый папиросной бумагой. Никто не знал, кроме нее, сколько она выложила за этот комплект от Дженет Реджер на Бошан-плейс перед самым отъездом во Францию. Глупо, наверное, было покупать роскошное нижнее белье в Англии, когда французы были признанными экспертами по этой части, но Лизмей готова была на все, лишь бы привлечь внимание Пирса.

Комплект так и пролежал все это время в ящике, ни разу не надетый.

Она достала сверток и, разорвав папиросную бумагу, достала невесомое облачко бело-розового шелка. Когда они с Жанной только начали вместе снимать квартиру, та как-то раз сказала ей, что неправильно беречь вещи для особого случая.

— Ты должна носить все самое лучшее каждый день, – произнесла Жанна с французской будничностью. – Ради себя. Не ради кого-то еще.

С тех пор Лизмей старалась жить в соответствии с этим правилом, хотя этот комплект белья со времени покупки так и оставался нераспакованным. Ей все казалось, что момент неподходящий. Она слишком боялась быть отвергнутой. Но сегодня ей захотелось почувствовать шелк на своей коже. Ради себя.

Надев белье, она даже не бросила взгляд на себя в зеркало. Она не смогла бы посмотреть себе в глаза. Лизмей натянула джинсы, застегнула рубашку, добавила нитку жемчуга – натурального, мама подарила его ей на тридцатилетие – и побрызгалась духами. Потом взбила волосы. На занятиях она всегда стягивала их в хвост, сегодня же они блестящей волной бледного золота ниспадали на плечи.

За окном зашуршал гравий под колесами подъезжающей машины. Лизмей усилием воли удержалась, чтобы не броситься к окну узнать, кто приехал первым. Она и сама не очень понимала, кого надеялась увидеть.

Это оказались Марианна с Брэдом. Они выскочили из арендованной машины и принялись с восторженным видом оглядываться. Лизмей была тронута тем, что они оба принарядились: на Брэде был пиджак с галстуком, а на Марианне черное бархатное платье с открытыми плечами.

— Я еле в него влезла, – шепнула она Лизмей, когда они поднимались по лестнице. – Это, наверное, последний раз, когда я его надеваю. Я чересчур нарядная?

— Вовсе нет. Теперь я чувствую себя недостаточно нарядной. И я понятия не имею, зачем вырядилась в белые джинсы, если еще буду готовить.

Гости были разочарованы, узнав, что Пирс не приехал, но зато шато совершенно их покорило. Лизмей устроила им маленькую экскурсию, и они забросали ее вопросами о его истории и пришли в восторг, когда она рассказала им о его предполагаемой связи с Полиной Бонапарт.

— Сестра Наполеона? Не может быть!

Глаза у Марианны округлились от возбуждения.

— Это всего лишь слухи, – засмеялась Лизмей. – Но мне нравится думать, что ее дух до сих пор витает здесь, в этих комнатах. Хотя она была та еще вертихвостка. Умела жить с размахом.

— Непросто ей, наверное, было управляться с таким количеством любовников. Но может, ее муж пренебрегал ею?

Марианна сунула руку в ладонь Брэда и улыбнулась ему, как будто хотела уверить его в том, что он-то совсем не такой. Он засмеялся и, обняв ее за плечи, притянул к себе.