Онлайн книга «Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти»
|
Изучая донесения, Родион прекрасно понимал, что не заметить приготовлений Германии к войне было невозможно, угроза возрастала со дня на день, как разгорающийся пожар. Тогда почему никто из высших чинов никак не реагирует на эти тревожные новости?! Как-то раз, будучи на докладе у Голикова, он увидел, что тот дважды перечитал сообщение Бине из Берлина. — Есть информация, кто такая Альта? — поинтересовался Филипп Иванович, взглянув на Быкова. — Не располагаю сведениями, товарищ генерал-лейтенант, — отозвался капитан. — Но я могу запросить агентурное дело в нашем архиве. — Хм… При взгляде на его недовольное лицо Быкову казалось, что он мог читать мысли руководителя Разведуправления. Конечно, кто такие для него Альта, Ариец? Какие-то далекие люди, собирающие информацию. Которая, на секундочку, докладывалось самому товарищу Сталину, и вопрос в этих донесениях был наисерьезнейшим — подготовка к войне! Но эти сведения противоречили смыслу советско-германских отношений и уверений Гитлера в сохранении хрупкого мира. А кроме того, существовала непоколебимая вера в действия пресловутого пакта о ненападении. — Есть один нюанс, Быков. Один, но важный. Все эти данные, что регулярно поступают мне на доклад от Альты, не имеют документального подтверждения, — заявил Голиков, глядя на капитана поверх очков. — Документы не имеют подписей — будь то от Гитлера, Риббентропа или хотя бы Геринга… Родиону было нечего возразить. С другой стороны, прогнозируемое Арийцем нападение гитлеровских войск на Югославию совпало день в день. Но напоминать об этом генералу он не стал. Взяв ручку, Голиков написал прямо на бланке телеграммы из Берлина: «Кто эти высокоинформированные военные круги, надо уточнить. Кому конкретно отдан приказ? Потребовать более внятного освещения вопроса, затем проверить». Как только Быков ушел, Филипп Иванович затребовал агентурное дело Ильзе Штебе. При изучении его материалов в голове генерала вертелся один-единственный вопрос — насколько достоверны поступающие из Берлина сведения? Ведь все данные Альты, которая она черпала от некоего Арийца, ставили под удар генеральный курс СССР, который был взят на упрочение советско-германских отношений. Этому способствовал визит Молотова (которому очень доверял Сталин) в Берлин, его личные переговоры с Гитлером… А здесь — концентрация войск… переброска техники… секретное совещание о назначении даты нападения… Тем не менее донесение Альты было все-таки доложено Сталину. Никакой реакции на это не последовало. Вскоре сведения, полученные Центром от Альты, подтвердились и другими докладами — от ХВЦ — Герхарда Кегеля, советника в германском посольстве в Москве, из Токио от Рамзая, а также от Курта Велькиша из Румынии. Советские военные разведчики, работавшие в Будапеште, Софии, Праге, информировали об этом же самом — грядет страшная война. Когда до нападения Германии оставалась всего пара недель, Ильзе удалось добыть сведения о секретном совещании Гитлера, на котором он издал распоряжение о сроках вторжения в СССР. Согласно этому документу, днем начала операции «Барбаросса» предлагалось считать 22 июня… Один из пунктов распоряжения гласил: «22 июня, 3.30: начало наступления сухопутных войск и перелет авиации через границу… Если метеорологические условия задержат вылет авиации, то сухопутные войска начнут наступление самостоятельно…». |