Книга Блуждающий дух. По следам Золотого Змея, страница 253 – Татьяна Кагорлицкая

Она взглянула на Великого Духа и уверенно повторила:

— Не нужен. Я благодарю за возможность.

— Да будет так, Джейн Хантер. Пусть начнётся твоя новая дорога.

Эти слова стали прощальными. Никаких напутствий она не получила. Великий Дух растворился в белом сиянии, словно его и не было. «Непостижимо, но я почти не удивлена этой встрече, – отрешённо подумала Джейн. – Даже не спросила, почему он не откликнулся на зов и не явился в безвременье… Хотя едва ли Великий Дух стал бы объясняться передо мной». Она скользнула взглядом по серебристой поверхности озера и, действуя безотчётно, отколола один из соляных кристаллов, покрутив его на ладони так, чтобы лучи солнца по очереди подсветили каждую грань.

— Пусть начнётся моя новая дорога…

Все истории рано или поздно подходят к концу. Все круги замыкаются. Даже события, которые меняли жизнь людей, становятся лишь страницами летописи.

Форт колонистов на Роаноке опустел. Змей вернул в эти края уцелевших переселенцев, однако они не задержались здесь: из-за неурожая и пожаров остров стал мало пригоден для жизни, и племя секотан, прежде населявшее его, во главе с Мантео отправилось искать новый дом. За индейцами последовали и колонисты, надеясь найти пристанище уже на материке. Там их следы затерялись, и впоследствии историкам оставалось лишь гадать, какова судьба исчезнувшей колонии.

Их предводитель, капитан Ральф Лейн, сложил голову в неравном противостоянии с Уолтером Норрингтоном. Ушёл в мир иной и мистер Хантер, так и не узнавший, что его последняя мольба о том, чтобы выжила дочь, оказалась услышана. Спасшимся переселенцам пришлось самостоятельно бороться за новое место под солнцем. Нед и Эдвин теперь куда реже сетовали на судьбу: мучительные недели в Долине Смерти стали для них важным уроком, и они искренне радовались, что удалось вырваться из лап Норрингтона. Джон, по своему обыкновению, старался не унывать и усердно работал, чтобы наладить новую жизнь. Мистер Симмонс продолжал лечить всех, кому требовалась его помощь, и старался не вспоминать о жутких днях в чужом времени. Он взял опеку над юной Дорис, заменив ей почившего отца. Рядом оставался и Томми, выживший после всех злоключений. Испытания сблизили его с Дорис, за которой он начал ухаживать, пусть немного неловко, зато искренне.

Самым удивительным для колонистов было то, что среди них непостижимым образом оказался Джереми Бейкер. Сколько они ни расспрашивали о том, как так вышло, он лишь отшучивался.

— В моём времени мне светила тюрьма. – Джереми поправил шляпу, которая осталась при нём, и закатал рукава повыше. Он строил новый дом для Мэри Локли: вознамерился организовать для племени секотан более надёжные и крепкие хижины. – И что-то сомневаюсь, что мистер Ривз выбил бы для меня амнистию, поступившись принципами.

— Поэтому вы улизнули сюда? – Мэри недоверчиво поправила выбившуюся из причёски рыжую прядь, подавая Джереми нехитрые инструменты.

— Тут-то до меня правосудие точно не доберётся, – подмигнул он.

Делиться тем, что грызло душу, он, как и прежде, не спешил. На самом деле Джереми винил себя за гибель Ральфа. Капитан Лейн пожертвовал собой, искупив ошибки прошлого, и в чём-то Бейкер завидовал ему. Даже ошибаясь, Ральф никогда не терял внутренний компас и до конца был верен долгу, а Джереми так и остался неприкаянной душой и чувство дома не обрёл. «Если всё равно, где жить, так хотя бы послужить во благо тем людям, которые из-за меня остались без лидера». – Так рассудило его сердце, и Золотой Змей учёл это стремление. Теперь Джереми учился жить заново, без предрассудков, делил быт с индейским племенем и помогал колонистам освоиться на незнакомой территории.