Книга Лабиринт, страница 7 – Ксения Шанцева

— Я хочу взглянуть на часы, – произнес Виктор.

Леня вынул из рюкзака свое сокровище.

— Виктор. Слушай! Я вспомнил. Ты вот сказал про нейрохирурга… А Иван часто говорил про какие-то нейросети.

— Нейросети? – произнесла Сенья, которая проходила мимо.

— Добрый день, девушка. Меня Леонид зовут. У нас тут конфиденциальное дело.

— Сенья, очень приятно. А Вы знаете, что в вашем конфиденциальном деле, как Вы выразились, взаимодействует вирус. И это не тот, о котором Вы сейчас подумали.

Сенья не смогла спрятать свою язвительную улыбку. Леонид сделал шаг назад. Виктор только тяжело вздохнул.

— Не переживай. Я тебя точно не заражу, наверное, – сказал Виктор и отвел свой взгляд в сторону.

— Ребята, вы конечно извините. Но что тут вообще происходит? – произнес Леонид.

— Нейросети. Часовщик. Изобретатель. Все предельно ясно. Биохакинг, – произнесла Сенья.

— Может мне поменять детектива? – с улыбкой обратился Леонид к Виктору.

Виктор ничего не ответил. Он действительно сильно «залипал» в своем сознании.

— Продление жизни, – произнесла в задумчивости Сенья.

— Магия?

— За магию у нас тут отвечает другая.

— Интересная у вас компания.

Леонид посмотрел по сторонам.

— Нет тут ничего тайного, а уж тем более магического. Сейчас очень актуальна тема продления жизни. Так что случилось? Чьи часы? – произнесла Сенья.

— Мой сосед умер. Иван.

— Точно умер?

Леонид внимательно посмотрел на Сенью.

— Или он хотел, чтобы его считали мертвым?

— Сенья, я сам поговорю с Леонидом, – произнес Виктор.

Сенья улыбнулась и вышла из палаты. Виктор хотел быстрее разобраться в ситуации, ведь он не знал, когда снова произойдет резкое засыпание. Его время уж точно остановилось…

Агата ходила по коридорам Академии. Огромные окна не спасали от общего мрака старинных комнат. Пародия солнца и та исчезла за окном. В Петербурге уже давно никто и не надеялся на увеличение солнечных дней. Агата смотрела в одно из окон. И тут она увидела, как Сенья, постоянно оглядываясь, шла по саду. Сенья не хотела, чтобы ее заметили. Но ее заметили. Агата уже точно решила, что она будет делать дальше.

Сенья сидела в заброшенной беседке. Вокруг нее лежало огромное количество исписанных бумаг.

— При сонной болезни ранее применялась леводопа. Предшественник дофамина. Сам дофамин очень плохо проникает ГЭБ (гемато-энцефалический барьер) головного мозга.

Сенья тяжело вздохнула. В головном мозге огромное количество путей, которые связаны с движением человека. А погружение в сон означает именно обездвиживание.

— Леводопа нужна для того, чтобы больше и больше синтезировалось дофамина. Но может проблема не в этом? А в том, что слишком много забирается дофамина? На своем же нейроне есть пресинаптические рецепторы дофамина типа D2 и D3, стилуляция которых слишком активна. И дофамин забирается обратно. D3 рецептор не так часто встретишь в головном мозге. Нам нужна совсем не леводопа…

— Привет. А это что? – спросил Всеволод.

Сенья аж дернулась от неожиданности. Среди научных схем Всеволод увидел старинные документы.

— Старинные письма. Нашла их среди мусора.

Всеволод не особо проявил к ним интереса.

— Наука же твоя. Вот, нашла себе новые интересы, – сказала Сенья в привычном язвительном тоне.

— Об этом я и хотел поговорить. Зря я так ответил тебе про образование.