Книга Двор Ядовитых Сердец, страница 75 – Элис Нокс

Движения его напоминали танец — плавный, смертельно красивый, каждый шаг просчитан, каждый удар точен и экономен, не тратил силы на лишнее.

Воин. Настоящий.

Но даже сквозь восхищение я видела правду.

Он устаёт. Дыхание рваное, плечи опускаются после каждого взмаха, магия вокруг него мерцает слабее, тускнеет.

Один против сотен. Не выдержит. Никто не выдержит.

Офицер выступил вперёд и поднял лезвие:

— ЛУЧНИКИ! ЗАЛП!

Десяток арбалетчиков выстроились и нацелились.

Нет!

Тело двинулось раньше мысли.

Я перемахнула через перила и спрыгнула — падение длилось вечность, пол мчался навстречу, — приземлилась, колени взвыли от удара, боль пронзила лодыжки, но я перекатилась и поднялась.

— ВЕРЕНА?!

Голос Морикая взорвался, полный шока и ужаса.

Он обернулся, увидел меня с клинком в руке, и лицо исказилось.

— ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! УХОДИ ОТСЮДА! НЕМЕДЛЕННО!

Арбалеты щёлкнули.

Болты полетели.

Морикай метнулся, оказался передо мной, крыло распахнулось и прикрыло.

Удары. Болты вонзились в перья, застряли, и он рыкнул от боли, но устоял.

— Ты ранен! — крикнула я.

— Переживу! — Он развернулся, оружие взлетело и отбило солдата, что бежал справа. — А ты — нет! Уходи!

— Нет!

Я шагнула вперёд, встала рядом и подняла меч.

Он замер, посмотрел на меня, на клинок в моей руке, и что-то в серебряных глазах дрогнуло.

— Ты... умеешь?

— Училась. Давно. На палках.

Пауза. Солдаты медлили, окружая, но не атаковали — ждали приказа.

Морикай смотрел на меня, и на губах появилась усмешка — дикая, восхищённая, почти безумная.

— Моя яростная богиня, — прорычал он низко. — Хорошо. Держись рядом. Прикрывай спину. Бей всех, кто подойдёт ближе трёх шагов. Не геройствуй. Кричи, если не справишься.

Он развернулся спиной ко мне. Его крылья распахнулись над нами, создавая подобие купола.

— Готова? — спросил он, не оборачиваясь.

— Нет, — призналась я. — Но всё равно буду драться.

Он засмеялся — коротко, яростно.

— Тогда начнём.

* * *

Солдаты ринулись волной, не все разом, но достаточно, чтобы окружить и задавить числом.

Морикай встретил первых. Клинок взлетел, описал серебристую дугу, и двое рухнули — один без головы, второй с распоротым животом, откуда вывалились внутренности, дымясь в холодном воздухе. Он не остановился, шагнул вперёд, крыло хлестнуло вбок, смело троих с ног, а лезвие следом резало, рубило, превращало людей в мясо с пугающей лёгкостью, словно это была не битва, а жатва, где он собирал урожай смерти.

Сзади послышался грузный топот, близкий и приближающийся.

Я обернулась, и сердце ухнуло вниз.

На меня бежал солдат. Огромный, вдвое шире меня, доспех грязный, на щите алел герб инквизиции. Меч занесён высоко, лезвие нацелено прямо в грудь, и в его глазах плескалась уверенность — он видел девчонку с клинком, который она едва держала, видел лёгкую добычу.

Времени думать не было. Только действовать.

Руки взметнулись сами, подняли оружие — я перехватила двумя ладонями, как учили когда-то, — и попыталась парировать удар.

Лязг. Его клинок обрушился на мой с такой силой, что руки едва удержали, запястья взвыли от боли, плечи содрогнулись от удара. Я пошатнулась, отступила на шаг, едва не упала.

Сильный. Слишком сильный. Я не справлюсь, и он сейчас меня убьёт.

Он замахнулся снова — быстрее, ниже, целил в бок, — я попыталась отбить, но лезвие пошло криво, слишком медленно.