Книга Двор Ядовитых Сердец, страница 229 – Элис Нокс

— Разве это важно? — спросила она мягко. — Разве ты не хочешь быть здесь? Со мной? Навсегда?

Я покачала головой, отступила на шаг.

— Хочу, — призналась я, и голос надломился. — Но если останусь... он останется там. В клетке, навечно.

Я направилась к двери, но женщина бросилась вперёд и схватила меня за руку — крепко, отчаянно.

— Верена, пожалуйста! Не уходи! Не оставляй меня снова одну! Я так долго тебя ждала!

Я обернулась, посмотрела на неё в последний раз, и что-то внутри меня сломалось окончательно — но не болью, а с облегчением.

— Прости, мама, — прошептала я, и слёзы полились снова. — Я тебя люблю. Всегда любила.

Я мягко выдернула руку, как отпускают то, что больше не нужно держать.

— Я простила себя, — сказала я тихо, и голос окреп. — Давно простила. Я была ребёнком. Не знала, не понимала.

Шагнула к порогу.

— И сейчас я отпускаю эту вину навсегда.

Переступила порог.

Мать закричала — долго, отчаянно, и её вопль разрывал душу на части.

Мир вспыхнул белым светом, ослепительным, он поглотил всё — дом, мать, тепло, любовь.

И когда свет погас, я снова стояла на мосту одна. В сером тумане, над чёрной рекой.

Тело снова было моим — взрослым, высоким, сильным. Руки — с метками, шрамами, следами десяти тысяч лет.

Но на щеках всё ещё оставалась влага.

* * *

Я яростно смахнула капли со щёк тыльной стороной ладони, и посмотрела вперёд.

Мост тянулся дальше. Метка на запястье пульсировала, указывала путь.

Ловушка, пронеслась мысль холодно, ясно. Это была ловушка. Мост — или Страж, что его охраняет — показал мне то, за что я цепляюсь. То, что может меня сломать.

Я сжала кулаки.

Но, сколько бы вины ни грызло изнутри, это в далёком прошлом, и оно точно не заставит меня потеряться.

Я глубоко вдохнула и сделала шаг. Потом ещё один. Камни под ногами были твёрдыми, холодными, реальными. Я шла дальше, и с каждым шагом храм на том берегу становился ближе, очертания его проступали сквозь туман чётче.

Середина моста. Почти там. Я прибавила шагу, сжимая улавливатель крепче. Метка жгла запястье, тянула вперёд. Морикай так близко. Ещё немного, и...

Реальность вновь дрогнула, задрожала, как жаркий воздух над раскалённым камнем. Туман сгустился и закрутился спиралью.

Когда я моргнула, моста снова не было. Я стояла перед домом. Не моим. Не тем, где выросла с матерью.

Другим.

Двухэтажный, из тёмного дерева, с покатой крышей и узкими окнами, ставни выкрашены в зелёный. Сад вокруг — запущенный, но живой, высокие травы, дикие цветы, они росли где хотели, без порядка, но с какой-то своей, буйной красотой.

И этот дом я знала. Сердце ухнуло вниз. Нет, только не это.

Дверь распахнулась, и из неё вышла она.

Тамсин.

Высокая, стройная, светлые волосы собраны в небрежный пучок на затылке, несколько прядей падали на лицо. В ушах медные серьги. Янтарные глаза, яркие, полные жизни. Простое платье, тёмно-синие, на плечах накинут платок.

В руках у неё была корзина, набитая вещами — одежда, свёртки, что-то ещё, я не могла разглядеть.

Она увидела меня, и лицо осветилось широкой, радостной улыбкой.

— Верена! — крикнула она, поставила корзину на крыльцо и побежала ко мне. — Наконец-то! Я уже думала, ты передумала!

Она крепко, тепло меня обняла и я почувствовала запах её волос: мёд и полевые цветы, такой знакомый, что на секунду забыла что это иллюзия.