Книга Детектив с небес, страница 88 – Ли Тонвон

— Это кому вы тут тыкаете? – Шлепнув ее по руке, он пояснил: – Ранее – судмедэксперт, нынешний род занятий – пастор. А вы, между прочим, обвиняли его в предвзятости, дескать, он ведет расследование из личной неприязни.

— И что теперь, раз пастор, то любит врагов? С кафедры вещают не любить мамону и не прелюбодействовать, а в новостях показывают, как они сбегают с деньгами или занимаются сексуальными домогательствами…

Сидя за рулем и молча наблюдая за баталией, пастор наконец заговорил:

— А как насчет врачей?

— А?

— Судя по новостям, все врачи помешаны на деньгах, кто-то вместо себя кидает на операции подчиненных, а некоторые замечены в сексуальных домогательствах к пациентам. Неужто все ваши знакомые врачи такие?

— …

— Безусловно, бывают и плохие доктора, которых показывают в новостях. Но в моем окружении много коллег, достойных уважения.

На дороге, завывая сиреной, появилась карета скорой помощи. Пастор вслед за другими уступил ей дорогу.

— Хирург, который ради экстренных больных поселяется в комнатушке поблизости от больницы и спит меньше четырех часов в сутки… супруги-терапевты, отказавшиеся от комфортной старости и отправившиеся в Кению оказывать реальную помощь… или судмедэксперты, которые и сегодня, буквально зарывшись носом в труп, всеми силами пытаются определить причину смерти.

Пропустив карету скорой помощи, пастор договорил:

— Вот еще и психиатры встречаются такие, что врываются в полицию в отчаянной попытке уберечь пациента…

Ли Сэрок безмолвно смотрела на пастора.

— Я сомневаюсь, что вам приказали участвовать в расследовании. Скорее всего, даже отговаривали, убеждая, что это не ваша вина.

Опустив голову, Ли Сэрок прикусила губы.

— Однако вы примчались сюда по собственной инициативе. И хотя по ходу дела вы порой перегибали палку в выражениях, но лишь оттого, что пациент вам не безразличен, ведь так? – мягко улыбнулся пастор.

— Прошу прощения! – подняв голову, все так же звонко проговорила она.

— Фу ты черт, что так громко-то! – Йохан вздрогнул от неожиданности.

— Вы, верно, много работали над дикцией, – улыбнулся пастор.

— Ну да, как-никак имеешь дело с больными, нужно членораздельно доносить информацию…

Глядя в зеркало заднего вида на засмущавшуюся Ли Сэрок, пастор спросил:

— Как проходило лечение Лим Чхису?

— Как я уже говорила, очень даже неплохо. Из-за депрессии наблюдались некоторые признаки синдрома жертвы, но агрессии он не проявлял. В последнее время он даже начал участвовать в религиозной деятельности: у него всегда при себе была карманная библия. Как-то на консультации он спросил:

«Интересно, рай и вправду существует?»

«Ну… А тебе хочется, чтобы был?»

На вопрос Ли Сэрок Лим Чхису кивнул.

— Рай… Ишь чего захотел!.. – проворчал Йохан.

В воздухе повисло напряжение, и пастор заговорил о другом:

— А что было в письме, которое прислала его сестра?

— Это было очень искреннее послание, почти исповедь… я даже поразилась: как можно было так честно написать?

«Помнишь, Чхису? Ты учился в шестом классе, а я в третьем. В тот день в школе проводились ‟Веселые старты”, и я упала во время забега. Все начали смеяться, поднялся шум и гам. Я же расшибла коленку в кровь, но от стыда даже забыла о боли, только слезы бежали ручьем. И тут внезапно послышался твой голос: ‟Бора! Лим Бора!”»