Книга Джулиус и Фелтон, страница 98 – Мария Дубинина

Гаррисон потянулся к карману, но не нашел там сигарет и нахмурился:

— Было бы кстати. И пожалуйста, кто-нибудь уведите этого джентльмена и дайте ему воды.

Миссис Ларсен, его тетушка, помогла сержанту, и скоро плач Ричарда стих. Гости, перешептываясь и ахая, потихоньку разошлись.

До Рождества осталось тридцать минут.

В голове до сих пор не укладывалось, как такое могло произойти. Нелепая случайная смерть на рождественском вечере – как клякса на белоснежном листе бумаги. Это безобразное пятно расползалось по дому, задевая черными щупальцами безукоризненное убранство, праздничную атмосферу и самих людей, собравшихся здесь. Все словно вмиг помутнело и выцвело, как черно-белая фотография. Все больше сквозь искрящийся лоск пробивалось то ненастоящее, что так смутило меня в сей идиллической картине. Я смотрел сквозь и почти видел. Однако главного по-прежнему не улавливал.

— Это ужасно, да? – вдруг негромко произнес Филипп. Мы стояли у того самого окна, возле которого совсем недавно танцевали. Казалось, с тех пор прошла вечность. – Ужасно, что та девушка умерла, а я думаю о том, что вечер безнадежно испорчен.

Он поднял на меня взгляд. Глаза казались еще больше и ярче от блестящих в них слез. Захотелось сказать что-то, сделать так, чтобы он перестал переживать. Вместо этого я отвернулся и облокотился на подоконник:

— Ничего. Ты просто человек. Люди всегда такие. Непостоянные.

— Даже не знаю, утешение это или укор. – Филипп вздохнул, и я почувствовал, как он резко повернулся на звук чьих-то шагов.

— Джулиус, – инспектор Гаррисон по очереди смерил нас хмурым взглядом, – мне сказали, ты разговариваешь с юным Диксоном. Как там бедный парнишка?

— Я не видел Ричарда с того момента, как его увели миссис Ларсен и Оливер, – возразил я спокойно, хотя внутри разгоралось пламя тревоги. Филипп сделал шаг ко мне:

— Джулиус был со мной. Мы все это время стояли тут. А кто вам такое сказал?

— А черт его знает. – Детектив, не сдержавшись, громко выругался, не посчитав нужным извиниться. Впрочем, его можно понять. – Пойду сам его поищу. Нехорошо получилось, все-таки невеста погибла. Земля ей пухом.

Мужчина пошел обратно. Я кивнул Филиппу, тоже трогаясь с места. Мой друг понял намек, и скоро мы втроем остановились возле комнаты, где, по словам Хелен Ларсен, она оставила племянника. Я протянул руку к двери, но отчего-то замешкался. Гаррисон опередил меня.

— Мистер Диксон! – гаркнул он и почти тотчас вошел внутрь. К нашему обоюдному удивлению, комната оказалась пуста.

— Может, вернулся в холл? – робко предположил Филипп, обходя спальню. Я прикрыл глаза, прислушиваясь, и лишь на долю секунды опоздал.

— Нет, Филипп, стой! – крикнул я, протягивая руку, однако он уже толкнул дверь ванной. Гул моего сердцебиения затмил остальные звуки. Но их и не было. Войдя следом, я обнаружил друга неподвижно стоящим посреди уборной. Прямо перед ним была наполненная до краев ванна, вода в которой розовела от растворенной в ней крови. Безжизненное лицо Ричарда Диксона было повернуто к нам, и на нем я прочитал безмерное удивление. Молодой человек был окончательно и бесповоротно мертв.

А на его груди лежала перевернутая карта Таро с изображением Шута.

От моего прикосновения Филипп болезненно сжался и без слов вылетел прочь из комнаты, по дороге едва не сбив с ног припоздавшего сержанта Оливера.