Книга Сто жизней Сузуки Хаято 1, страница 141 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Безумец… – прошептал Ишинори.

Ведь только сумасшедший станет связываться с порождениями Ёми, тем более лично призывать их из огненных глубин царства демонов. Оммёдзи достал изогнутый кинжал, похожий на огромный звериный клык, и одним взмахом перерезал жертве горло. Кровь хлынула из раны. Еще живой, несчастный упал и погрузился лицом в воду.

Тотчас же холод сменился щекочущим жаром. Вспыхнул магический круг, опоясывающий место казни. Лужа окрасилась кровью и начала расти, постепенно поглощая мертвое тело, пока оно полностью не скрылось в бурлящей красной жиже. Жар исходил от нее, надувались и лопались пузыри на вязкой, точно болотная хлябь, поверхности. Над ней возвышался оммёдзи, раскинув руки. Ишинори не считал нанятых торговцами ронинов невинными людьми, но никто не заслуживает стать кормом для демона. Никто.

Тут кровавая жижа пришла в движение, вздыбилась, обрисовывая женский силуэт, будто окутанный красным шелком. Он возник совсем ненадолго и осыпался брызгами, вернувшись к воде, что его породила.

Ишинори застыл от ужаса. Он не мог воззвать к своей ки, не мог освободиться – эта внезапная беспомощность буквально сковывала по рукам и ногам. Знойный воздух царства Ёми проникал сквозь формирующийся разлом, и он был так близко, что волосы шевелились.

Колдун открыл следующую клетку, и наружу выбрался незнакомый мужчина в дорогой одежде. Он так же подошел к бурлящему озерцу, которым обернулась лужа, и пал очередной жертвой. Выше взлетели красные густые брызги, сильнее раскалился воздух, яснее Ишинори ощущал дуновение враждебного мира. И тем больше его тяготила беспомощность. Он не был связан физически, но что-то внутри клетки мешало использовать оммёдо, тогда как снаружи творилось черное, грязное колдовство.

— Тише!.. – шикнула Сэй, когда он снова до скрипа раскачал клетку. Ишинори замер, но поздно. Колдун направился за третьей жертвой.

И остановился возле куноичи.

Ишинори поначалу растерялся, а потом пригляделся к его рукам и заметил кое-что. Пока просто догадка, но от нее зависели их жизни.

— Эй! – позвал он громко. – Я знаю твое имя, жалкий трус, не достойный зваться оммёдзи! Ты – Янагида Такэнори!

Мужчина повернул к нему голову. Ишинори был готов увидеть взгляд фанатика и безумца, но он смотрел спокойно, даже немного пренебрежительно, словно возня с пойманными в ловушку людьми ниже его достоинства.

— Пыльца госпожи не подействовала? – спросил сам у себя и сам же ответил: – Ничего, это неважно.

— Госпожи? – подался вперед Ишинори, и звенья старой цепи снова протяжно заскрипели. – Нет, стой! Поговори со мной. Мы оба оммёдзи.

Все же ему удалось привлечь внимание. Колдун опустил руки и полностью развернулся к нему. Вблизи возраст стал еще заметнее. Не сорок, нет. Мужчина явно миновал шестидесятилетний рубеж, но, несмотря на это, был крепок телом. Конечно, молодой Ишинори справился бы с ним в драке, да только кулачный бой больше во вкусе Хаято.

Надо всего лишь сбросить оковы, сдерживающие ки. Этого будет достаточно.

— Чего ты добиваешься сопротивлением? – спросил Янагида устало. – Все уже кончено. Моя госпожа готова освободиться от унизительных уз и покинуть свою темницу. Мне жаль, что тебе не повезет умереть, будучи в подаренной госпожой грёзе.