Книга Серебряный змей в корнях сосны 2, страница 80 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Полагаю, это мы.

— В смысле? – не понял Кента. – Зачем кому-то рисовать нас? Да еще и на обратной стороне чужой ширмы?

А вот Хизаши начало казаться, что он понимает уже почти все, но это «почти» могло дурно обернуться. Хизаши предпочитал знать все.

— Ты слишком много спрашиваешь. Не я же это рисовал.

Кента напряженно засопел, видимо, подавлял в себе поток новых вопросов А Хизаши в это время уловил пока едва ощутимое, но уже вполне реальное давление осорэ^[47] старого ёкая. Да, их было больше, но опасность представлял именно этот, и Хизаши вдруг с неприятной ясностью понял: наспех начертанные обереги не помогут. Он инстинктивно встал так, чтобы закрыть собой беспомощного в темноте Кенту, но тут осорэ стала почти осязаемой, обычный человек бы вдруг почувствовал необъяснимый страх.

Впрочем, оммёдзи тоже были людьми.

Створки разъехались, и взору предстала сидящая на коленях прекрасная женщина в черном косодэ, расписанном золотыми и красными карпами. Лунный свет чуть серебрил ее гладкие, зачесанные вверх волосы и делал напудренное лицо еще белее, будто фарфоровая маска с темными провалами раскосых глаз с поволокой.

— Эта комната принадлежит другому, – сказала госпожа Асами, – гостю.

— Верно, мы, похоже, ошиблись, – прохладно отозвался Хизаши, раскрывая веер и обманчиво безобидно обмахиваясь им. – Во многом.

Глаза женщины-ёкая вспыхнули гневом, но она молодец, хорошо держалась, ничем не выдала своей сущности. Как и Хизаши в прошлом, она была хэнгэёкаем, животным-оборотнем. Но каким?

На ум приходило только одно.

— Эта пустячная ошибка ведь не стоит того, чтобы заострять на ней внимание? – сделал он попытку пойти на компромисс. – Мы с друзьями просто отправимся дальше, куда ехали изначально.

Он обернулся на Кенту, но тот смотрел на ширму, которую уже ясно видел. В этот момент выражение его лица поставило точку в толком не начавшихся переговорах.

— Это невозможно, – нежно, но твердо возразила госпожа Асами. – Вы еще не послушали мою игру на кото. Все находят ее совершенно исключительной, просто незабываемой.

Хизаши снова обернулся через плечо, на лесной пейзаж, на фоне которого руки юноши в хаори цвета спелой сливы обвивает белая змея, а за ним сжимает длинный меч-тати юноша, похожий на Кенту. Да нет, это он и есть. Краска еще не совсем просохла, цвета были яркими, сочными, с позолотой и серебром. Очень дорогая и изящная вещь эта ширма…

— Вижу, мастерство моих дочерей вы уже оценили, – заметила его интерес хозяйка рёкана. – Так к чему уезжать сейчас? До утра еще полно времени.

Тени за ее спиной сгустились, несмотря на лунный свет, озарявший галерею, сложились в гибкие кошачьи хвосты. Они окружили фигуру сидящей госпожи Асами непрерывно движущимся ореолом, делая ее похожей на многорукое чудовище с прекрасным ликом. Впрочем, в этом заключается суть всех оборотней.

— А где ваши чудесные дочки, госпожа? – спросил Хизаши, концентрируя ки в веере, чтобы быстро активировать защитную решетку доуман. При Кенте был меч, надо обеспечить ему шанс обнажить его вовремя.

— Они готовятся к предстоящему ужину.

— А разве ужин не закончился?

— Ах, это! – женщина рассмеялась. – Это был не ужин, Мацумото-сан, это была готовка.

Хизаши едва не упустил момент, когда подействовали чары. За густой и плотной осорэ он не заметил, как Кента за его спиной расслабился и убрал ладонь с рукояти меча. Шаг – и он задевает Хизаши плечом. Еще шаг – и он выходит вперед, навстречу смерти.