Книга Серебряный змей в корнях сосны 2, страница 143 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— А ты бы, видимо, дровишек подкинул.

Подбородок Мадоки дернулся вверх, нижняя челюсть выдвинулась, и Хизаши узнал это выражение – еще пара слов, и тот схватится за меч или, что вероятнее, снова пустит в ход кулаки. От расправы Хизаши спасла вернувшаяся Чиёко. Она обвела их задумчивым взглядом и сказала:

— Духи больше не могут ничего сообщить. Мне жаль, но дальше нам придется положиться на Учиду-сана и его холодную голову, а также на связь, которая несомненно есть между Кентой и Хизаши.

— Что это за связь такая? – насупился Мадока. – Я ничего такого не замечал.

— Это неудивительно, – хмыкнул Хизаши. – Слишком тонкая материя для тебя.

Сасаки успел положить ладонь Мадоке на сгиб локтя, прежде чем тот наделал глупостей. Хизаши поймал пристальный оценивающий взгляд Юдая и отвернулся, обнаружив, что не в силах его вынести. Он ничего не произнес вслух, но Хизаши казалось, он может услышать его холодный голос, который непременно напомнит о том, что цель важнее личной неприязни. Ну или что-то в том же духе. Хизаши понимал это, но какая-то его часть будто специально нарывалась на драку, то ли по старой привычке – всем известно, что с первого дня знакомства Джун был объектом для его насмешек, – то ли из странного желания наказать себя чужими руками. Хизаши не нравилось ощущать себя так, но чувств в душе становилось все больше, и один он не мог с ними сладить. Прежде он не задумывался, почему люди так боятся одиночества, ведь он всегда, сколько себя помнил, был один. А секрет прост: чувства не приносят боли, если их делить с кем-то, дарить и получать в ответ, разделять дурные и приумножать хорошие. Одному тяжело. Одному плохо.

Все говорят, что между ними с Кентой есть связь. Может ли быть, что это та самая ниточка, по которой они передают друг другу свои чувства? Если так, то Хизаши надеялся, что друг сейчас ощущает его тоску и знает, что должен бороться.

Должен вернуться и разделить с Хизаши то, что ему невыносимо нести одному – груз чувств, слишком большой для ёкая, притворяющегося человеком.

Новый день вошел в силу, Хизаши попытался вспомнить, сколько уже таких дней минуло с тех пор, как они с Кентой сбежали из зала Демонического меча, и у него не получилось. Он пережил встречу с Дзёро-гумо трижды, избежал смерти от нагинаты Учиды Юдая, искал помощи в Кёкан, а получил в нагрузку бывшего соученика, спасся от черного оммёдзи и раскрылся перед шаманкой. Казалось, это было так давно, что даже детали начали смываться из памяти. Потом они набрели на мертвую деревню и напали на след Куматани. И вот они снова в пути, и солнце этого дня уже теплее, чем накануне, приближается весна, и серое уныние незаметно сменяется ласковым ветерком, покачивающим тонкие ветви вишен и слив с только набухающими бутонами будущих цветов и робко раскрывающимися свежими листочками. Не так уж и давно Хизаши впервые любовался сакурой, стоя на второй площадке горы Тэнсэй, вместе с человеком, которого до последнего не желал считать другом. Потому и время сейчас тянулось бесконечной лентой, будто нарочно отдаляя их. Но сколько бы ленте не стелиться, рано или поздно покажется конец. Нужно быть сильным, чтобы встретить его с гордо поднятой головой. И, может, это цветение сакуры они снова увидят все вместе.