Книга Серебряный змей в корнях сосны 1, страница 86 – Мария Дубинина, Сора Наумова

В первый раз он собирался попробовать после того, как подставил соучеников ночной вылазкой в идзакаю. Наказание должно было избавить Хизаши от следующих за ним по пятам «товарищей» и частично, если повезет, снять с него подозрения. Ведь он честный и чтящий правила адепт, не то, что некоторые. Однако старый Ниихара как будто чувствовал что-то и отправил Хизаши вместе с Кентой, тогда еще – вспомнить страшно – таким ненавистным, что нет-нет да проскакивала мысль бросить его на корм морским чудовищам. Не бросил, и Кента за волосы вытащил его из бездны. Такая вот вышла шутка небес.

Были и другие попытки добраться до меча, и все они заканчивались ничем. Пока три года спустя не началась подготовка к особому фестивалю оммёдо – по сути своей соревнованию среди молодых экзорцистов. Чей адепт окажется сильнее, опытнее, чьи навыки заклинаний или владения мечом вознесут одну из школ над всеми остальными? Дзисин превратилась в гудящий улей, а потом почти опустела. И тогда Хизаши решился.

— Но Кента ждал тебя в зале Демонического меча, – нахмурился Учида. – Разве он имел туда доступ? Я лишь мельком слышал о том, что меч поверженного демона хранится в Дзисин, но, если честно, большинство считает это легендой, придуманной, чтобы приукрасить историю основания школы.

— Основатель великой школы оммёдо и экзорцизма Инаба Идзуру двести лет назад вместе с другими оммёдзи сразился с ужасным демоном из самых глубин Ёми и нанес ему решающий удар, – вспомнил Сасаки Арата ту самую легенду. – Демона разорвали на куски, и сущность его, уродливая и черная, отправилась туда, откуда вылезла. В качестве трофея Инаба Идзуру забрал демонический меч по имени Дзайнин, лишившийся хозяина, и спрятал под горой Тэнсэй, где позже начал строительство будущей школы Дзисин. Этот меч – источник большого количества духовной энергии, именно поэтому барьер вокруг Дзисин один из самых мощных во всей империи.

Хизаши кивнул.

— Зная гордыню Дзисин, в этой легенде столько же правды, сколько и красивого вымысла, но меч и правда хранится под горой Тэнсэй, – сказал он. – Вернее, хранился. Я забрал его.

Он вспомнил, как темная энергия Дзайнина пробудилась от крови Кенты, как тот будто перестал быть самим собой, и это вдруг всколыхнуло еще одно, более старое, воспоминание о другом мече, точно так же спрятанном от посторонних глаз – и не без причины. Стоило подумать об этом раньше, может, Хизаши бы и не начал роковой спуск в недра горы, влекомый желанием – уже изрядно потускневшим за годы учебы – снова стать ёкаем.

— Так получается, что Куматани одержим, – сказал Учида. – Проклятое оружие не такая уж редкость. В нем действительно могла быть заключена темная сущность.

— Кента вел себя странно, – согласился Хизаши. – Я использовал талисман для телепортации, потратил почти все силы, и тогда Куматани напал на меня и использовал Ледяную ладонь Эммы.

— Не может быть! – одновременно воскликнули Юдай и Арата. Оба они и помыслить не могли, что Куматани прибегнул к проклятию, да еще и смертельному.

Хизаши с трудом переборол желание дотронуться до груди.

— Это всего лишь подтверждает, что им управляли.

Кента одержим. Хизаши позволил демоническому мечу завладеть Кентой. Одно только не сходилось – это имя, Ясухиро. Оно отдавалось болью в висках и тяжестью на сердце, и Хизаши не готов был делиться этим ни с кем, пока сам не разберется. Все-таки меч, будь он хоть трижды священным или проклятым, не мог знать о Хизаши больше, чем он знал о себе сам.