Книга Серебряный змей в корнях сосны 1, страница 122 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Сегодня ночью мы почувствовали чье-то присутствие. Это… – он попытался подобрать слово, но не выходило, – как будто дух, жаждущий отмщения, бродил по замку.

— Это называется негодование, – сказал Сасаки, обращая к себе взгляды, один внимательный, другой недоверчивый. – У ёкаев есть способность распространять вокруг ауру осорэ, вызывающую ужас. А есть аура негодования, она исходит от людей, чьи негативные эмоции очень долго копятся и как бы обретают самостоятельность. Не человек управляет ими, а они человеком. Обида, ненависть, зависть. Я читал об этом в одной книге.

— А ты не такой уж и бесполезный, – похвалил Хизаши, за что получил тычок от Куматани.

— Раз вы ощущали ауру негодования, значит, в замке кто-то попал под власть своих негативных эмоций.

— И такой человек мог убить, сам того не сознавая? – уточнил Хизаши.

— Возможно. Не знаю. Там не очень много было написано. Спросить бы Морикаву-сэнсэя…

— Его нет, – напомнил Хизаши, – может, его тело тоже где-то валяется, куда даже слуги не забредают.

— Хизаши! – прикрикнул Куматани. Хизаши удивленно замолк. – Может, учитель в беде, не надо хоронить его раньше времени. Сначала разберемся с тем, что происходит, потом займемся поисками. И если он успел отправить послание в Дзисин, то скоро сюда прибудет помощь…

— Не прибудет.

— Почему?

Хизаши безжалостно произнес:

— Ты помнишь, сколько мы добирались? Морикава ушел отправлять послание вечером, а сейчас уже утро. Разве что в Дзисин на нас наплевать.

Конечно, они могли выехать утром, и вот-вот приедут, но отчего-то Хизаши был уверен, что никакое послание не покидало стен цитадели.

— Что же нам делать? – растерянно спросил Сасаки.

— Для начала собрать воедино все факты, – рассудил Хизаши. – Кто первый?

На Сасаки он особо не надеялся, а вот Кента не подвел.

— Янагиба-сан пригласил сына своего друга, чтобы тот осмотрел замок в отсутствие хозяина. Лорд Киномото всем руководил лично, даже проектировал сам, а после почти сразу спешно отбыл в столицу, не дождавшись жену и наложниц. Похоже, дела были безотлагательные. И вот когда женщины разместились в замке, начались странности. Думаю, не стоит учитывать те рассказы, свидетелями которым мы не были. Что знаем лично мы? – он задумчиво оглядел Хизаши и Арату.

— Юрико-химэ и ее служанка жаловались на недомогание, плохой сон и на то, что по ночам их будто кто-то душит, – припомнил Сасаки.

— Наложница Хироко тоже жаловалась на здоровье, – добавил Хизаши. – Но в ее случае все просто, к ней присосался мелкий ёкай и питался ее силами. Похоже, что она была очень восприимчива, поэтому умерла от страха.

— Ты встречался с младшей наложницей? – спросил Сасаки.

— Да, это произошло случайно, – почти не солгал Хизаши. – Я увидел на ее спине ёкая и прогнал. И знаете, что я после от него узнал?

Он встал на опасную дорожку, но ситуация, в которой они застряли, тоже была опасной, поэтому Хизаши заставил себя быть откровенным, насколько возможно.

— Как и тот недзуми, он не мог покинуть замок. Его будто что-то притягивало к этому месту, стоило приблизиться, и не отпускало. Вот поэтому Морикава обнаружил скопление большого количества нечисти.

— Впервые слышу о таком, – высказался Куматани. – Что может притягивать ёкаев? Это негодование может? Арата?