Книга Солнце и Луна, страница 20 – Анна Левин

Я все подтвердил, мягко улыбался, и лишь в последний вечер в столице позволил себе вспылить. Хорошо, что самообладание покинуло меня дома, вдалеке от любопытных глаз, и я с остервенением крушил мебель боевым хлыстом, пытаясь измотать себя до возможного предела.

— Пожалуйста, пощади мамино любимое кресло, — сзади раздался усталый голос сестры.

Застыл на месте, делая глубокие вдохи. Устыдившись собственного запала, убрал родовое оружие, и повернулся к Катерине.

— Прости меня. Я не сдержался.

— По крайней мере, Проксима Центавра осталась цела.

От одного упоминания замка правителя я вздрогнул, вспоминая все, что пережил там, как плохое, так и хорошее. Когда-то я любил это место, пока не познакомился с Элиф, и понял, что лишь с ней хочу пройти эту жизнь, а не с дочерью крола Казимирова.

— Матвей, нам нужно поговорить.

Первом порывом было отказаться, и уйти к себе, но ее расстроенное лицо насторожило меня.

— Что случилось, Катерина?

— Присядь.

Мы устроились в уцелевших после моего погрома креслах, и густая от напряжения атмосфера буквально накалилась.

— Я долго не вмешивалась, и теперь об этом жалею. Когда Артемий во всем признался, я всем сердцем хотела помочь его дочери, и закрывала глаза на твою влюбленность. Думала, она отвлечет общество от других возможных выводов, и не предостерегла тебя. Теперь же мы столкнулись с последствиями своей беспечности, и я не могу видеть, как ты страдаешь, и как мучаешь свою невесту Касию. Она — хорошая драконица, и заслуживает лучшего отношения.

— Хорошая, безусловно, но не та, что мне нужна.

— Брат, все кончено! Элиф вернула себе свое настоящее имя, теперь она не просто девочка, репутацией которой можно не дорожить. Она — Туана Круторогова, дочь Артемия Круторогова, и невеста Ярогнева Беломорского, будущего хранителя севера! А ты женишься на дочери правителя, и уже совсем скоро возглавишь род. Игры закончились, как прежде уже не будет. Ольгерд дал распоряжение готовиться к твоей церемонии.

— Что? — я вскочил с кресла.

— Сядь! — властно произнесла сестра. — В апреле ты официально станешь господином Ясногоровым, главой «звездного» рода.

— Я думал, это произойдет одновременно со свадьбой. В апреле я еще буду учиться, в мае и июне — сдавать экзамены!

— Крол сказал, что проблем не возникнет. Артемий всю Академию на уши поставит, чтобы тебе ничего не мешало и доучиться, и вступить во владение гербовым кольцом Ясногоровых.

Все, чего я так долго ждал, наконец-то сбылось, а я не мог радоваться.

Что она со мной сделала⁈

Глупо обвинять Элиф: я сам полюбил ее, сам разжег в ней ответные чувства, посвящал ей стихотворения, устраивал тайные свидания. Я увяз в любви по уши, забыв обо всем на свете, и теперь расплачивался за ошибки.

— Катерина, — произнес я охрипшим голосом.

— Да?

— Помоги мне забыть ее.

— В смысле? — недоуменно спросила сестра.

— Ты понимаешь, о чем я.

В ее глазах отразился ужас.

— Нет, Матвей, только не говори, что ты…

Она не договорила, застыв, словно статуя.

— Что ты наделал?

Ее голос полоснул меня, словно лезвием, столько в нем было ледяного гнева и недоверия.

— Прошу, скажи, что я неправильно истолковала твои слова! Скажи, что ты не нарушал старую клятву!

Я не мог солгать, и молча опустил голову.

Катерина подскочила, меряя шагами комнату. Тугой комок стыда и боли сжал мое сердце, я хотел получить хоть немного поддержки у единственной близкой драконицы, но, стоило к ней подойти, и сестра отвесила мне звонкую пощечину. Невольно удивился силе ее руки.