Книга Солнце и Луна, страница 19 – Анна Левин

Я знал, кто она, знал, что она — дочь Артемия Круторогова, ведь он сам нам рассказал правду, и попросил присмотреть за дочерью. Я обещал не давать ее в обиду, но в итоге влюбился, так крепко, что наплевал на все нерушимые правила, и предложил стать моей девушкой при том, что у меня уже была невеста — дочь правителя, принцесса Касия! Однако и это еще не самое худшее из моих поступков.

Сидя в тронном зале Казимировых, на приеме в честь моей официальной помолвки с Касией, я думал о холодном вечере, когда мы расстались с Элиф. Она разозлилась, узнав, что я подставил ее под удар, сделав соперницей принцессы, и решительно выставила меня за дверь. Я чувствовал ее боль, но не мог остаться, не мог больше жить иллюзиями. Мне казалось, что скоро все закончится, я смогу преодолеть любовь, но она лишь крепчала, истязала меня своей невозможностью.

И я сорвался, снова поцеловал свою светловолосую мечту, снова открыл ей сердце, надрывая заодно и струны ее чувств. А она опять меня отвергла. С болью, со слезами, но решительно, как и полагается храброй драконице. Больше всего на свете мне хотелось подхватить ее на руки, и сбежать на край света, поэтому и пришлось срочно покинуть Академию, чтобы не совершить еще больше глупостей. В родовом гнезде Тобольских Имн-тор я вернул себе подобие покоя, но оно рассыпалось осколками, стоило лишь увидеть Элиф в столице, в театре, с Ярогневом Беломорским.

Как же я его ненавидел! Он отнял у меня все, о чем я мечтал! Он был с ней рядом, завладел ее вниманием, а потом отправился на север спасать брата, едва не погиб, но выжил вопреки всем прогнозам, еще и наследником рода стал! Теперь-то он станет достойной парой для дочери Круторогова, и сможет к ней посвататься. Каждый день я с замиранием сердца ждал новостей с севера, но в основном они касались выздоровления новоиспеченного наследника Морского Шторма. А потом наш крол Ольгерд Казимиров решил рассекретить ее происхождение, и во всеуслышание заявил, что Элиф Стрелицкая на самом деле — дочь Артемия Круторогова, Туана. Столица взбурлила, обсуждая это на каждом шагу, всем захотелось познакомиться с таинственной девушкой, а ее отбытие в Сколлкаструм вслед за раненым Ярогневом общество истолковало вполне однозначно.

И это случилось. Сначала пришло письмо от Круторогова, а потом и северные драконы заговорили о недавней помолвке Ярогнева Беломорского с Туаной Крутороговой, и последовавшем почти сразу обручении Эксетера Дартмура с Ярославой Беломорской. В Сколлкаструме устроили праздник, северяне удостоверились, что наследник Морских Штормов стремительно выздоравливает, а столичные сплетники страдали оттого, что вышеуказанные события разворачивались так далеко от них.

Не знаю, как мне удалось сдержать эмоции, когда у меня все начали спрашивать, знал ли я о происхождении девушки. Казимиров сориентировался первым, и заявил, что именно поэтому я и присматривал за ней в Академии, и что непосвященные в тайну драконы решили, что мы с ней встречаемся. Так он очистил мою репутацию, ибо раньше меня подозревали в неверности, не понимая, как я мог променять дочь крола на смертную. Теперь же я стал в глазах общества благородным защитником, который оберегал девушку, и не мог рассказать окружающим правду, когда нас заподозрили в более близких отношениях.