Книга Завет Влюбленных, страница 35 – Софья Хейдекраут

Альентар. Сент-Эмерод, октябрь, 1998 год.

Нигма жадно глотнула воздух, выныривая из сумрака транса. Первым, что она увидела, был Иварт, бесцеремонно сидевший за её письменным столом. — Так значит, высушенная красавка способна на такие чудеса, — ухмыльнулся он, скользя пальцами по пергаменту, усыпанному пылью от измельчённой травы. — Невероятно. А я всё гадал, отчего ты так к ней пристрастилась. — Не твоё дело, — ровным тоном отозвалась она, устремив взгляд в потолок. — Да, — скучающе выдохнул мужчина, выходя из-за стола. — Как обычно. Он обошёл её лежащую на кровати фигуру, рассматривая, как диковинную бабочку, приколотую булавкой к картону. — И что ты там увидела на этот раз? — спросил Иварт, подойдя к окну и устремив взгляд на унылый осенний пейзаж. — Будущее? Прошлое? Или очередного демона, решившего пощекотать твои нервы? Нигма молчала, собирая ускользающие осколки видения. Он всегда так: появляется в самый неподходящий момент и разрушает хрупкую ткань завесы своими глупыми вопросами. — Не молчи, Нигма, — его голос стал жестче. Она подскочила на кровати, злобно прожигая взглядом его спину. — Можешь злиться сколько влезет. Я всё равно всё видел, — сказал он. — Видел, что ты делала, когда твоя душа отделилась от тела. Мне просто интересно послушать тебя. — Я не намерена вести с тобой полуночные беседы, — она схватила со стула свою тёплую накидку. — Я домой. — Ты никуда не пойдёшь. — От его голоса ей стало не по себе. Она дёрнула ручку — бесполезно, он заблокировал дверь. — Твой дом отныне тут. Забыла? Он принялся размеренно шагать к ней. — Вырколак? Помню, ты тряслась при одном упоминании о нём, — он усмехнулся. — А теперь мастерски призываешь его, подчиняешь его волю, становишься единым целым с этим существом. Похвально. Он лениво зааплодировал. — Той ведьмы больше нет, — сказала она уверенным голосом. — Ты знаешь это. — Знаю, — сказал он, подходя ближе. — Но я помню ту напуганную, наивную, молодую ведьму. Помню, как поделился с ней своей силой в обмен на преданность. Помнишь ли ты? Сравнимо ли это с перерождением? Она нервно выдохнула, чувствуя, как прошлое, которое она так старалась похоронить, поднимается из глубин, угрожая поглотить её. Сердце бешено заколотилось. — Что тебе нужно, Иварт? — прошептала она, отступая на шаг. — Нужно? — он остановился, наклонив голову набок. — Мне ничего не нужно, Нигма. Просто интересно… насколько далеко ты готова зайти. И что ты готова отдать взамен. Он сделал ещё один шаг, сокращая расстояние между ними. — Ведь сила всегда требует платы, не так ли? В его глазах, как и тогда, много лет назад, плясало недоброе пламя искушения. И Нигма знала, что, как и тогда, ей придётся выбирать. Она замерла, как загнанный зверь. — Возможно, однажды твои таланты нам ещё понадобятся. Его слова проникали под кожу, обжигая волной мурашек, словно прикосновение к оголённым нервам. Нигма с ужасом осознала, что дрожит — не от страха, а от странного, пугающего предвкушения. Ярость, как голодный зверь, рвала её изнутри, терзая острыми когтями. Ладони Иварта, не касаясь, скользили вдоль её рук, словно околдовывая, заставляя задержать дыхание. Он трогал её постоянно — взглядом, голосом, самой своей силой, словно приручал дикую, непокорную птицу. Ублюдок. Манипулятор.