Книга Искра. Ледяное Пламя, страница 58 – Ирина Савицкая

Лютобор закричал.

Не от боли — от света, который проходил сквозь него, очищая, сжигая чужеродную тьму.

Алиса держала его, не отпускала, вливала силу до тех пор, пока последняя черная нить не лопнула, не рассыпалась пеплом.

Тишина.

Лютобор тяжело дышал, глядя в потолок. Рана затянулась, оставив на груди белый шрам в виде переплетенных кругов.

— Теперь все, — прошептал он. — Теперь я скажу. — Владыка Тьмы — это…

Алиса склонилась ниже.

Дверь распахнулась.

На пороге стоял Влад. В плаще, забрызганном кровью, с мечом в руке. Лева-волк за его спиной тяжело дышал, скаля клыки.

— Все кончено, — сказал Влад, оглядывая комнату. — Я убил нападавшего. Это был человек Ордена. Он ждал у леса. Ты ранена?

— Нет, — ответила Алиса. — Но Лютобор… он хотел сказать, кто Владыка.

Влад замер. Меч в его руке опустился.

— Кто? — спросил он, глядя на Лютобора.

Лютобор смотрел на него. Долго, тяжело, немигающе.

— Канцлер, — сказал он наконец. — Владыка Тьмы — это канцлер Северного Приказа.

Тишина упала в комнате, как камень.

Алиса перевела взгляд с Лютобора на Влада. Влад стоял неподвижно, но в глазах его что-то полыхнуло — узнавание, ярость, страх.

— Ты уверен? — спросил он.

— Я видел его, — твердо сказал Лютобор. — В том месте. В темноте. Он пришел ко мне без маски. Я узнал его. Это канцлер.

Алиса медленно поднялась. Посох в ее руке горел белым огнем, в котором теперь проступали черные прожилки.

Влад посмотрел на Лютобора, потом на Алису.

— Тогда мы в большой беде. Потому что канцлер — это не просто человек. Это власть, деньги, связи. Это армия. Это шпионы. Это… это война, которую мы не можем выиграть.

— Можем, — сказала Алиса. — Потому что у нас есть правда.

— Правда никому не нужна, — горько усмехнулся Влад. — Нужна сила.

— Тогда покажем силу, — она взяла его за руку. — Вместе.

Лева-волк подошел, лег у ее ног, положил голову на лапы. Смотрел снизу вверх, и в зеленых глазах его была вера.

Лютобор на кровати смотрел на них, сжимая кулаки.

— Что будем делать? — спросил он.

Алиса посмотрела в окно, где уже занимался рассвет, разбитое стекло искрилось на полу, как россыпь алмазов.

* * *

Алиса не спала.

Она сидела на крыльце, прижимая к груди посох, и смотрела на лес. Тот самый, черный, который видел Лютобор. Теперь он стоял перед ней — живой, зеленый, обычный. Но она знала: это обман. Тьма там. Ждет. Дышит.

Посох в ее руках пульсировал — ровно, успокаивающе, будто билось второе сердце. Но иногда ритм сбивался. Иногда в его глубине вспыхивал синий огонь, и тогда Алиса видела то, чего не видели другие. Тени, которые движутся между деревьями. Цепи, которые волочатся по земле. Лица. Много лиц. И одно — главное.

— Ты знаешь, — сказала она вслух. — Ты знаешь, кто он. Скажи.

Посох молчал. Но где-то в глубине, в той самой синей пульсации, что билась в такт ее сердцу, Алиса почувствовала ответ. Не слова — знание. Оно пришло не сразу, распутывалось медленно, как клубок, в который кто-то вплел ложь, полуправду и страхи.

Лютобор видел канцлера, — шепнул посох. Голоса не было, но слова складывались сами, в голове, в груди, в кончиках пальцев. — Он был там, в пространстве Владыки. И он увидел лицо, которое управляет тьмой. Это лицо — канцлер. Поэтому Лютобор уверен: канцлер — Владыка.

Алиса сжала посох сильнее.