Книга Искра. Ледяное Пламя, страница 57 – Ирина Савицкая

— Тогда зачем?

— Потому что я Владыка. — Он сказал это просто, будто речь шла о погоде. — Потому что ты — та, кого я искал тысячу лет. Потому что твоя сила — единственная, которая может меня уничтожить.

— И ты хочешь… что? Убить меня?

— Я хочу, чтобы ты выбрала меня. — Он протянул руку. — Не как врага. Как того, кто будет рядом. Всегда.

Алиса смотрела на его руку. На лицо, которое было ей так дорого. На глаза, в которых сейчас не было холода — было что-то другое. Тоска. Одиночество. Боль.

— Нет, — сказала она. Рука дрогнула. — Я сказала — нет. — Алиса подняла посох. Свет вырвался из него, ударил в лицо Влада, заставил его отшатнуться. — Ты не получишь меня. Ты не получишь мою силу. Ты не получишь ничего.

— Алиса…

— Ты ошибся во мне, — сказала она. — Я не та, кто выбирает легкий путь. Не та, кто предает. И не та, кто прощает ложь.

Она шагнула к нему.

— Где Лютобор? Верни его.

Влад смотрел на нее. Лицо его было спокойным, но в глазах — в этих глазах, которые она так любила, — полыхала буря.

— Ты не понимаешь, — сказал он тихо. — Я не враг тебе. Я твоя единственная надежда. Без меня ты не сможешь победить. Без меня тебя уничтожат. Я — твой щит. Я — твоя защита. Я…

— Ты — лжец, — перебила Алиса. — И я больше не верю тебе.

Тишина.

Тьма сгустилась вокруг, но Алиса стояла, не отступая. Влад смотрел на нее долго — так долго, что, казалось, прошла вечность.

Потом он улыбнулся.

— Хорошо, — сказал он. — Играем по-твоему.

Он щелкнул пальцами, и тьма разверзлась под ногами Алисы.

Она падала.

Сквозь холод, сквозь пустоту, сквозь голос Лютобора, который кричал ее имя, сквозь смех Влада, который звучал отовсюду.

И только посох светился в ее руке — последний огонек в бесконечной тьме.

* * *

Лютобор открыл глаза на третий день.

Алиса дремала рядом, положив голову на край его постели. Лева сидел на подоконнике и смотрел на улицу, но ухо держал востро.

— Ты здесь, — прошептал Лютобор. Голос его был хриплым, будто он не пил неделю.

Алиса подняла голову.

— Я здесь. Ты как?

— Живой. — Он попытался улыбнуться, но лицо свела судорога. — Что случилось?

— На тебя напали. Стрела. Я исцелила тело, но ты не просыпался. Твоя душа была… не здесь.

Лютобор помолчал.

— Я знаю, — сказал он. — Я был там. В темноте. Он приходил ко мне. Владыка. — Он с трудом приподнялся на локтях. — Я видел его лицо, Искра. Я знаю, кто он.

Алиса схватила его за руку. Сердце заколотилось где-то в горле.

— Кто?

Лютобор открыл рот. И в этот момент окно разлетелось вдребезги. Стрела вошла ему в спину.

Он не успел даже вскрикнуть — только выгнулся дугой, и черная кровь брызнула на белые простыни. Алиса успела подхватить его, когда он начал заваливаться набок.

— Лева! — заорала она.

Кот уже был на подоконнике. Огромный серый волк прыгнул в окно, и снаружи раздались крики, звон металла, рык.

Алиса не смотрела. Она прижала ладони к груди Лютобора, туда, где из раны сочилась черная, густая, неестественная кровь. Она текла медленно, будто не хотела покидать тело. И в каждой капле плясали искры — алые, злые, живые.

— Не смей умирать, — прошипела Алиса. — Не смей!

Посох у кровати вспыхнул белым огнем. Она схватила его, вдавила в грудь Лютобора, и свет хлынул — ослепительный, обжигающий, живой.

Она чувствовала, как чужое тело принимает ее силу. Как мышцы расслабляются, как кровь останавливается, как рана затягивается — медленно, по миллиметру, с шипением, будто что-то сопротивлялось внутри. Черные нити пытались удержать рану открытой, но свет выжигал их, один за другим.