Книга Искра. Ледяное Пламя, страница 52 – Ирина Савицкая

В его руке лежал черный кристалл. Не камень — нечто живое, пульсирующее, дышащее. Он нашел его много лет назад, в развалинах древнего храма, где когда-то поклонялись силам, о которых теперь никто не помнил. Тогда кристалл был мертв — тусклый, холодный, бесполезный. Но время пришло. Сила вернулась.

И теперь кристалл жил.

И сейчас его взгляд был прикован к мальчику на тренировочной площадке. Влад. Идеальный сосуд. Человек выбрал его давно, когда тот впервые переступил порог Ордена — одинокий, потерянный, с глазами, полными ненависти к миру. Он ждал. Ждал, пока боль созреет, как ядовитый плод. И когда Влад подписал донос на собственную сестру, старый носитель понял: час настал.

Переход начинается

— Знаешь ли ты, что такое власть? — голос человека в черном был тихим, но проникал в самое сознание.

Влад сидел напротив Человека в черном в его кабинете. Здесь всегда царил полумрак, разгоняемый лишь парой свечей.

— Это сила подчинять других своей воле.

Человек в черном усмехнулся, качая головой:

— Сила — это лишь инструмент. Власть — это умение использовать чужую боль. Тьма живет в шрамах души. Она питается ими.

В ту ночь Влад впервые почувствовал ее присутствие. Не физически — телом он спал в своей келье. Но разум его блуждал по бесконечным каменным коридорам, которых не было в Ордене. Сквозняки здесь пахли могильной сыростью. Из теней к нему тянулись ледяные руки, гладили по волосам и шептали на языке, который он понимал сердцем, а не ушами.

Он повторял эти слова во сне — древние клятвы и проклятия. А утром просыпался с привкусом пепла во рту и странной тяжестью в груди. Он ничего не замечал. Но Тьма уже была здесь. И она не терпела сомнений.

Сила растет между нами

Перемены были почти незаметны для окружающих. Для них Влад просто становился жестче, расчетливее. Там, где раньше он колебался, теперь наносил удар без промедления. Его взгляд стал холодным, как сталь клинка.

Человек в черном наблюдал за этим с удовлетворением профессионала.

— Ты чувствуешь это? — спросил он однажды, когда они остались одни на крепостной стене. — Пустоту там, где раньше была ярость?

Влад кивнул:

— Я чувствую… покой.

Но Человек в черном знал, что это не покой, это голод. Тьма заполняет пустоту внутри него. Она питается его тоской по семье, его ненавистью к предателям. Чем сильнее его боль, тем крепче ее хватка. Он несет в себе прошлое всего Ордена, но она выбирает только его тьму.

И пока это была тайна и мальчику еще рано было знать о том, что он новый сосуд.

Тень на пути к Владу

Переход ускорялся. Теперь вспышки гнева настигали Влада внезапно. В разгаре разговора он мог замолчать на полуслове, и его лицо каменело маской безразличия. Решения, которые раньше требовали долгих раздумий, теперь принимались мгновенно — холодно и беспощадно.

Человек в черном видел это превращение как никто другой. Новая энергия бурлила в молодом теле Влада, подталкивая его к поступкам, которые он сам бы никогда не совершил. К предательствам во имя «высшей цели». К жестокости ради «порядка».

Внутри Влада разгоралась война. Он мечтал о свободе — о жизни без этой тяжести и холода в сердце. Но каждый раз, когда он пытался вырваться из этих оков, Тьма отвечала болью. Она держала его в плену не цепями, а воспоминаниями и страхом остаться одному со своей пустотой.